— Какой он огромный… — закусывая губу простонала девушка во время очередного вхождения на всю длину.

Алгиренда уже, казалось, слегка обезумела, вкусив запретный плод. Она действительно начала забывать чувство непередаваемого наслаждения. Всё же и на острове борделей нет, да и своё родное физическое тело оказалось утрачено в процессе магического ритуала. А все эти искусственно созданные оболочки… Они не были плохими или ограниченными, просто какими-то другими… Или может быть всё дело в том, что сейчас демоница в мужском теле.

Каждый толчок с неистовой яростью врывался внутрь, от таких движений даже, казалось, затряслась стена. Но настоящего удовольствия рабыня от такого напора не испытывала. Пусть её стоны и проносились по всему коридору, однако в них чувствовалась фальшь, которую так легко заметить сильному магу.

Но так дело не пойдёт. Поэтому Алгиренда легко коснулась сознания, проникая в разум рабыни. Нежно и аккуратно, такой тонкой работе даже Ланс до конца не смог научиться. Девушка не почувствовала какого-то вторжения в разум и уж точно не слышала голосов. Просто в какой-то момент она начала нереально сильно возбуждаться от чего изменились и её стоны. Мелодичный голос вдруг начал неожиданно срываться, стал слышен не очень красивый, но, с другой стороны, искренний хрип из-за нехватки воздуха. А чёрные нити проходили всё дальше в разум, затрагивая всё больше интересных мест.

Внезапно голос рабыни начала неестественно часто срываться, попытки набрать воздух резко прерывались нарастающим криком, а в конце крик стал неожиданно громким и пронзительным. Сама развратница окончательно перестала контролировать себя.

— Хуф… — Алгиренда отпустила рабыню, которая в свою очередь упала на колени, продолжая как-то странно вздрагивать.

— Этий сохрани… Ты что с ней сделала? — в шоке произнёс аристократ, наблюдая из своего уголка в сознании: рабыня вдруг упала лицом в пол. — Она же сознание потеряла.

— Ну видимо слишком сильно надавила на зоны отвечающую за наслаждения. Впрочем, ей вроде бы понравилось… Смотри, улыбается…

— А то, что она сознание потеряла, тебя не волнует? Это ненормально.

— Да не потеряла она сознания, просто… сильно расслабилась, — с неприкрытыми нотками безразличия ответила наставница. — Вся живая, психика тоже в норме, как и тело. Ты же сам видишь. Я ничего не сломала… наверное.

— Ты также говорила, а потом я разучился смеяться.

— Та-а-ак, что-то новых рабынь я не вижу… А значит…

Алгиренда аккуратно опустилась к рабыне и повернула её к себе задом. В принципе поза рабочая, если немного ухватиться за талию, поднять попку… И стоило только снова войти, как рабыня резко пришла в себя снова застонав. Будто до этого она прикидывалась мёртвой.

— Ох, сука… Пощадите! — жалобно простонала рабыня, потратив последний воздух в лёгких.

Каждый новый толчок Алгиренды теперь будто качал воду в скважине. Рабыня без остановки испытывала один оргазм за другим и уже не даже не пыталась понять почему это происходит и откуда взялась такая неожиданная чувствительность. А демонице было совершенно плевать на это, она продолжала входить на всю длину с шумными хлопками, пока у неё самой не закатились глаза, ведь тени пролезли не только в сознание девушки, но ещё и касались некоторых зон сознания аристократа, давая начало нескончаемым рекам экстаза.

— Лучшее любого наркотика… — глубоко дыша произнесла Алгиренда поднимаясь на слегка подкашивающиеся с непривычки ноги. — Не забудь позвать ещё своих подруг, я тут на трое суток!

Последние слова были сказаны вслед уползающей на четвереньках рабыне, оставляющей за собой полосу из перемешанных мужских и женских выделений. То и дело девушка вздрагивала, ведь часть после вмешательство в сознание некоторое время некоторые зоны разума оставались обнажены. Поэтому даже просто ползя вперёд некоторое время девушка испытывала неестественны приливы наслаждения из-за взвинченной до максимума чувствительности. Даже лёгкий сквозняк, коснувшийся груди превращался в ураган из эмоций.

Новых подружек долго ждать не пришлось. Всё же подбором занималась другая рабыня, которая уже успела подвести других девушек самой разной внешности. Правда вне зависимости от остроты ушей и наличия хвостов все представительницы древнейшей профессии с одинаково любопытным взглядом проводили коллегу, которая только на середине коридора начала предпринимать попытки подняться на ноги, попутно опираясь на стену дрожащими руками.

Клиент попался явно не рядовой.

Мера — понятие весьма относительное

— М-м-м… блаженство… — лениво пробормотала Алгиренда, всё также находящаяся в теле своего ученика, который на удивление долго не вмешивался в процесс и вроде даже не собирается пытаться остановить очередную развратную оргию.

Сколько раз менялись девушки в постели стервозная демоница не считала, как и не заостряла внимания на том, к каким видам принадлежали её любовницы. Её в принципе особо не волновала даже внешность, ведь куда веселее устраивать бури в разуме таких слабых смертных.