Скоро загрохотало так, что заложило уши, и комендант пожалел, что отказался надевать на них защиту.

– Бум… бум… бум… бум… бум… – неслось от площади, разбрасывая по сторонам клубы дыма и пыли. Вскоре дым совсем прибило к земле, и только невыносимый грохот бил и бил в уши, ритмично и неотвратимо. Адская молотилка столичных магов… было страшно подумать, что творится сейчас в полузасыпанном подвале. Неужели фурии ещё живы в этом невыносимом аду?

Через пять минут начался повторный штурм. Опять крики, лязг, несколько ярких вспышек… и взводные черепахи опять откатились, на этот раз вынося троих. «Артиллерийская» обработка несговорчивого Дома продолжилась. Опять замолотило по мозгам бесконечное и изматывающее:

– Бум… бум… бум… бум…

Оно, казалось, уже сжилось воедино с этой улицей, с пустыми домами, с людьми испуганно жмущимся к стенам. Сжилось с этим мрачным небом, посеревшим от дыма и нависшим над головой, словно гигантская чугунная наковальня.

Долбёжка, наконец, прекратилась в очередной раз, и на развалинах сразу стало что-то происходить. Небольшим облаком взвились вверх обломки, прикрывающие искорёженную изломанную дверь, и размытая струящимся дымом фигура выпрямилась, широко раскинув руки. В неё ударило сразу несколько ледяных стрел и со звоном рассыпались о стену за спиной.

«Обманка. Чёрт, легко так купились. Щас в ответ жахнут…» – только и успел подумать Папп, бросаясь вниз на землю, под защиту толстого заборного фундамента.

Многоголосый крик боли раздался совсем рядом. Огненный гриб вырос на соседней улице, и Ласлу показалось, что две переломанные человеческие фигуры взлетели над крышами домов. Оттуда раздался сплошной рёв ненависти и русского мата. Второй огненный ком, летевший по тому же направлению, удалось потушить ещё на подлёте.

В отряде упал один из магов, не выдержав напряжения. К нему тут же бросилась пара санитаров. Короткая процедура реанимации, и потерявшего сознание человека с залитыми кровью ушами, быстро понесли в тыл. Свесившаяся с носилок оголившаяся нога, продолжала ритмично дёргаться.

Фурии сдаваться не собирались. Над подвалом разлилось голубоватое свечение, быстро перешедшее в слепящую вспышку. Тонкие лучи яркого света вырвались наружу и ударили по низким облакам. По небу во все стороны расплылись светящиеся пятна, и нехотя отрываясь от туч, куски белого раскалённого воздуха посыпались вниз. Жуткое зрелище напомнило коменданту атмосферный подрыв фосфорной бомбы. Один раз он это видел на Ближнем Востоке. Но сам Папп, тогда ещё военнослужащий Российской армии подполковник Балог, находился в пяти километрах от эпицентра. А теперь ему, казалось, что хлопья вскипевших облаков, разгораясь всё сильнее и сильнее, падают прямо на него.

Среди магов началось движение. Кто-то, задрав голову вверх, уже напряжённо вглядывался в жуткую картину. И Папп обратил внимание, что некоторые огни стали гаснуть.

Сандерс опять подскочил к связному магу.

– Срочно давай в общий эфир… Внимание всем! Воздушная атака. Не отвлекаться от основного занятия. Это ловушка, нас пытаются перегрузить. Над рабочим районом все меры приняты. Атака будет нейтрализована, никому не отвлекаться, держать периметр купола.

Он что-то тихо сказал магу-связисту и тот согласно махнул рукой.

– Господину Грину… от Сандерса! Нужна срочная мобилизация полицейского департамента и всех, не занятых в рабочем районе. Наш водник не справляется. Нужно организовать население на ликвидацию очагов возгорания. Они будут небольшими, но их будет очень много. Нас пытаются растащить количеством. Придётся снять часть оцепления с внешнего кольца. Иначе весь город сгорит…

Ответа слышно не было. Сандерс, видимо, специально гасил ответные слова до шепота, громко звучал только его голос.

– Мы здесь продержимся. Поджимаем, используем все средства, но очень сильное сопротивление… Да, господин Грин. Всё понял – он отскочил от связного и опять бросился к месту расположения боевых магов.

Атакующих воздействий больше не было, и со стороны могло показаться что маги-бойцы ничего не делают. Никаких широких пассов руками, на пальцах не светятся зарождающие файерболы, словом ничего такого, к чему привык геймер в обычных земных играх. Но Папп знал, что сознание этих магов сейчас находится вне тела, пусть и совсем рядом, всего лишь за ближайшим домом. Там они плетут чудовищную паутину перекручивая и разрывая на отдельные части тонкий мир. Со стороны это не увидишь, пока не попадёшь в эпицентр этой тихой магической атаки. Войти под невидимый купол можно, а вот выйти из него, по-прежнему нормальным человеком, уже вряд ли получится. Ментальной энергии хватит на то чтобы расплющить закупорить миллионы капилляров, снабжающих мог кислородом. Всё будет зависеть от плотности создаваемого ментального занавеса. Искорёженное сознание умершего мозга может вообще остаться под куполом, и наружу выйдет никому уже ненужная пустая оболочка, когда-то называвшаяся человеком разумным.

У Ласла Паппа, от понимания этого ужаса, холодные мурашки давно превратились на спине в сплошную ледяную коросту, но он всё равно внимательно следил за происходящим. С этими проклятыми фуриями всё могло пойти не так. Оставалось только надеяться на то, что столичные специалисты знают, что делают. И в грязном, и жарком аду, их старания не пропали даром.

Две тонкие поджарые тени, в невероятном по высоте прыжке, перемахнули через горящие обломки и выскочили на площадь. Затрепыхались на ветру синие полосы свободных мантий. Синий цвет, символичный знак ветра и скорости.