– Хорошо, – сказал Роуз по внутренней связи. – Шанс действительно есть. Могул, ты уверен, что чертежи соответствуют действительности?

– Да, капитан, – прогудел механик. – Я хорошо знаю эти корабли Окры. Наши базы данных сейчас недоступны, но в моей личной памяти сохранились необходимые сведения. Просто следуйте по отметкам на карте.

Бледное лицо Акки, чуть подсвеченное голубым светом, казалось, плавало в кромешной тьме. Когда она обернулась к Роузу, тот вздрогнул: ему на ум пришла история о привидениях.

– Я сомневаюсь насчет двух отрядов, – сказала она, строго глядя в лицо капитана. – По-моему, это не самая удачная идея – разделиться и бродить в темноте.

– У нас мало времени, – ответил Алекс, стараясь скрыть раздражение. – Системы корабля не работают. Запасов хватит максимум на сутки, потом пойдут в ход резервы скафандров. Кажется, что это много, но мы пока не можем рассчитать, сколько времени займут работы. Нужно действовать максимально быстро. У нас и так мало шансов, так что…

– Все будет хорошо, капитан, – веско уронил Могул на внутренней волне. – Нам повезло с кораблем Окры. Но лучше поторопиться.

– Все, – отрезал Алекс, увидев, как Акка поджала губы, кажущиеся синими от подсветки шлема. – Начинаем. Следуем плану один. Если обшивка экранирует связь с кораблем или с другими участниками группы, придерживаемся расписания. На операцию отводится час. Запускаем таймеры. Выполнять. Кадж?

Оружейник, он же мастер-сержант десанта, ответственный за силовые операции, чуть повел плечами, потеснив остальных. Его скафандр имел дополнительное усиление и едва заметно отливал зеленым, намекая на военную формацию. Он склонился над дверью шлюза, открыл панель ручного управления и принялся откручивать крепления крепкими стальными пальцами.

Все заняло пару минут, не больше – открутить направляющие, сдвинуть блокираторы и найти механический замок. Самым сложным было работать рычагом, раздвигающим двери. К счастью, механизм ручного управления оказался исправен – Могул содержал в идеальном порядке все части корабля. Атмосферу из камеры стравили заранее, и, когда дверь шлюза начала медленно уползать в широкий борт, ничего особенного не произошло. Роуз даже не сразу уловил тот момент, когда перед ним открылась щель, ведущая в открытое пространство. Там темно, тут темно, разницы никакой.

– Режим скрытности, – приказал Алекс.

Забрала шлемов одновременно погасли, скрывая лица, и в шлюзовой камере воцарилась полная темнота. Роуз включил фонарь на плече, и луч света, показавшийся ослепительным, выхватил из тьмы переборку, серебристую дверь, наполовину ушедшую в стену, а потом провалился в темноту за бортом.

– Раз, – скомандовал капитан, выдвигаясь вперед.

Двигаясь очень осторожно, он встал в проеме двери, схватился перчаткой за край. Разблокировал магнитные подошвы скафандра. Зависнув в пустоте, он осторожно оттолкнулся рукой от проема, направляя свое тело вниз – в условный низ, к поверхности разбитого корабля, на который приземлился КЛК07.

На краткую секунду Алекс перестал дышать – падая в абсолютную темноту, в неизвестную бесконечность, он вдруг ощутил то, что некоторые называли паникой открытого пространства. Он даже успел вздохнуть, но потом ноги коснулись чего-то плотного, и скафандр дрогнул. Магнитные подошвы активировались сами, вцепившись в подвернувшуюся поверхность смертельной хваткой, автоматически регулируя нужное усилие.

Роуз застыл, раскинув руки, пытаясь понять, удержался он или нет. Поверхность могла быть и неактивной для сцепления. Конечно, для передвижения в пространстве есть маневровые двигатели в скафандре, но это немного другое. Ботинки зафиксировались, перед глазами на забрале шлема вспыхнул огонек готовности. Алекс быстро опустил руки и повернулся, повел фонарем по сторонам, чтобы оглядеться.

Луч света выхватил из темноты бугристую, изъеденную микрометеоритами поверхность корабля Окры. Она была черной, но отливала странными оттенками рыжего и оказалась покрыта разводами, словно подвергалась действию высоких температур или кислот. Роуз повернулся. Луч осветил массивные стыковочные штанги «Кляксы», которыми разведывательный корабль прочно прикрепился к чужому борту. Толстые, трехпалые, они напоминали лапы ящерицы. Да и сам КЛК07 был похож на геккона, вжавшегося в стену, чтобы отдохнуть подальше от посторонних глаз.

Луч света скользнул дальше, мазнул по иссиня-черному брюху, метнулся к передней опоре под носом корабля, а потом канул в пустоту. Дальше лежала тьма. Открытый космос. Здесь было темно, лишь вдалеке виднелись крохотные искры чужих звезд. Чуть ближе мерцали странноватые огни – то ли вдалеке еще шла битва, то ли это двигались в пустоте корабли, сверкая плазмой выхлопа двигателей. У скафандра не было настолько мощных датчиков, чтобы проанализировать информацию. Да сейчас в этом и нет необходимости.