Улыбнувшись, я кивнул и отправился в магазин. Правда, купленную мной рыбу девчонка забраковала, сказав, что она уже не первой свежести, хотя с виду — обычная замороженная рыба. Экспериментировать я не стал, пришлось просто сходить еще раз и купить живую.

— Ага! Вот и попалась, фыр! — Машка вцепилась ноготками в рыбешку, прошептала заклинание и проморозила ей голову. — Твое тело насытит меня, твой дух останется в вечности. Спасибо, рыбка!

Я молча наблюдал за ритуалом, отметив для себя, что ледяное заклинание было не из арсенала школяра, а на довольно неплохом уровне, так еще и шерстинки красиво переливались во время применения.

— Ч-что?! — Маша заметила, как я внимательно на нее смотрю, и тихонько убрала рыбу за спину, после чего послышался шлепок — рыбешка упала в раковину. — Я странно выгляжу, да?

— Нет, наоборот, здорово. Так у вас проходит рыбалка?

— Почти, — Маша улыбнулась. — Нужно уловить тень рыбы в воде и резко схватить в момент чтения последних слов. Вечная Льдинка заберет к себе дух рыбешки как подношение, фыр, а мы полакомимся остальным.

Похоже, это какие-то верования, недаром же у них есть шаманы. Впрочем, касалось это лишь таких моментов, в остальное время Маша вовсе не отличалась от обычной девушки, если не обращать внимания на ее внешность, конечно. Да и я старался сильно не допытываться о деталях ее жизни в деревне, пусть привыкнет ко мне, потом и сама расскажет.

— Ах да, Петя… Надо было надеть наряд горничной, да? — спохватилась Машка, хищным взглядом поглядывая на остальных рыбешек.

— Там еще нужно сделать прорезь под хвост, застежки и обработать края ткани, чтобы не расползались, займусь позже, — заявил я.

— Ох. А если просто…

— Хвост задирает юбку.

Маша медленно залилась краской и глянула вниз. Да, и в нынешнем платье юбка стала казаться короче, поскольку наглая пушистость перетянула ткань на себя.

— Справедливое замечание, фыр-фыр! — сглотнув, девушка торопливо помыла руки и нацепила фартук, чтобы хоть так исправить ситуацию. — Так как, ты говоришь, ее нужно готовить, Петя?

Несмотря на серьезный тон девчонки, хвостище покачивался из стороны в сторону так активно, что я даже чувствовал дуновение воздуха.

Она рада.

Единственное, что я все-таки решил выспросить у Маши, это детали насчет ее похищения, но браконьеры неплохо скрывались, так что кроме уже мертвых дворян — никаких зацепок. Зато удалось узнать о еще одном способе улучшить свое финансовое состояние путем отъема лишних рублей у дворян. Выпускные! И все благодаря Маше, чьи чувствительные ушки во время рабства улавливали все разговоры, но ждать пришлось до следующей весны.

Понятно, почему все это проходило мимо нас: слишком уж небольшой временной промежуток, да и следить нужно было не за местными, а за приезжими. Эдакая традиция у выпускников магических школ сложилась — перед возвращением домой кататься по городам, подальше от своих учителей, родителей и вообще знакомых. Сложно отказаться от приключения: рядом только друзья со школы и пьянящее предвкушение взрослой студенческой жизни впереди! Поэтому в тот же Липецк нередко приезжали повеселиться дворянские детки из Москвы и Санкт-Петербурга, а тратили они чаще всего наличку, чтоб родители ничего не знали.

Остальные дела за этот год прошли неплохо. Новую баню мы не открыли, поскольку я решил подкопить перед этим, но причина большей частью в нехватке персонала. Возможно, уже пора бы выкопать новых упырей, но и Влад не хотел ослабления, и я переживал насчет масштабов — не хотелось привлекать лишнего внимания, пока я еще не полностью самостоятелен. Были и новые траты, но они не сильно ударяли по бюджету.

Машка получила Сороку, но все же предпочитала чаще всего сидеть дома. Я же еще сильнее подрос и укрепил мускулы, но выглядел ниже той же Маши, что ее очень забавляло.

В комнате мерно постукивал механизм старомодных напольных часов, немного разбавляя позвякивание вилок о тарелки. Покрытый цветастой скатертью стол ломился от блюд: пара салатов, горячее с гарниром, мясная нарезка и нехитрая закуска вроде консервированных овощей и нарезанного тонкими ломтиками сыра.

Я положил на кусок хлеба ветчину и с удовольствием откусил, медленно пережевывая. Маша сидела напротив и, подложив себе еще немного оливьешки, старательно ела, то и дело поглядывая на меня. Даже ушки навострила, настолько она ожидала моих слов.

— Что-то я уже отвык столько есть, — признался я, откинувшись на спинку и пригубив сок. — Ты чего это так много наготовила?

— Как не наготовить, если ты должен был зайти, — хитро улыбнувшись, девчонка промокнула губы салфеткой. — Вкусненько?

— Да, спасибо. А ты все время так питаешься, получается?

— Ну… Нет, — Маша отвела взгляд, и я услышал, как ее хвост шелестит, чуть ли не постукивая о спинку стула. — Почти нет.

— Будет полный песец, значит.

— Ха-ха. Как ты думаешь, Петенька, сколько раз я слышала шутки про «писец», да еще и полный? — Маша забавно надула щечки, с укоризной глядя на меня.