И вся компашка трескучим по кустам ветерком помчалась к Ивару.

Пока бежали напрямик, игнорируя садовые тропки, а потому частенько перепрыгивая через мелкие препятствия в виде низких кустиков, Эден крикнул:

— Если Коннор так много тренируется, почему мне все запрещают тренироваться?

— Ты же видел разминку Коннора! — откликнулся Берилл. — Ты узнал про движение и дерёшься, используя его! И сам не замечаешь, что делаешь приём неправильно! А Коннор тыщу раз приём повторит, прежде чем пустить его в ход!

— Нет, я правильно всё делаю! — возмутился маленький некромаг. — Я же выучил — это главное…. И как захочу — так и использую!

— Ага, как же! То-то Колр потом ругается и ставит тебе руки и ноги заново! А у старших братства — удар идеальный. Знаешь, сколько они повторяют, чтобы он таким стал! Хм… Тренировку Коннора же видел!

— Эден! — вмешалась в разговор Ирма. — Ты спросил у этой Фритрики, почему она тебе знакома?

— Спросил! Она не знает!

Вилл перепрыгнул через очередные кусты и засмеялся.

— Она похожа на тебя!

— Что?! — Эден чуть не шлёпнулся, зацепившись носком сандалии за охапку палых веток, кем-то собранных слишком в малозаметную кучку.

— Она как ты, когда ты впервые здесь появился!

— А-а… Понял. И что?

— А давайте к новеньким сегодня заглянем? — предложила запыхавшаяся Ирма, оглядываясь на компашку. — Вечером? Посмотрим на них. Познакомимся. Фритрику пригласим побегать с нами и всё-всё ей в деревне покажем!

Волчата обрадовались.

— Точно! — воскликнул Тармо. — Селена же её к нам привела? Значит, можно забежать к ней — навестить!

Радостные, что придумалось такое интересное времяпрепровождение, они припустили ещё быстрей к Ивару. Добежав, устроились под окном его комнаты и прислушались: если Айна там, то они спокойно могут влезть в дом и рассказать о приключении, от воспоминания о котором до сих пор хотелось восклицать: «Ух, как он их!» И по спине мурашки…

Но голоса Айны не услышали. И в комнате было тихо. Волчишка прошептала:

— Может, он спит? Помогите…

И влезла на подставленные и переплетённые ладони мальчишек. Сначала заглянула в комнату, а потом, осторожно открыв оконную раму и взявшись за край карниза, подтянулась и влезла на подоконник. Друзья услышали её шёпот:

— Ивар, ты спишь?

Ответа не последовало. Ирма спрыгивать в комнату не стала — оглянулась и сползла с карниза. Встав на ноги, в окружении друзей, она уставилась на землю, а потом снова взглянула на окно.

— Там кровать как-то так заправлена, что мне кажется… — начала она и замолкла, пожала плечами, явно растерянная.

— Сбежал? — хмыкнул Тармо и быстро сбросил с себя одёжку, которую привычно подхватил мальчишка-вампир.

Ребята деликатно отвернулись, а обернувшийся волчонок пал на четвереньки и минуту спустя принялся обнюхивать место перед окном. Он обежал местечко порядочно, даже в сад пробежался, потом вернулся к Бериллу, который держал его одежду, и снова сделал оборот. Застёгивая пуговицы на рубахе, сказал:

— Он ушёл. Кажется, к пейнтбольному полю. И не один, а с Айной. Наверное, Трисмегист велел ему.

— Да он вчера на ногах еле стоял! — удивился Эден. — И почему через окно?

— Значит, Трисмегист не знает, — сообразил Берилл. — Бежим? Найдём его?

— Пока ищем — игра начнётся, — покачала головой Ирма, поглядывая на полуоткрытое окно. — Лучше потом. Трисмегист-то думает, что Ивар спит, так что Ивар скорей всего сразу после игры вернётся сюда.

— А вчера его Трисмегист сам привёл на поле, — вспомнил Берилл.

Волчишка хмыкнула, вконец заинтригованная. Но времени и в самом деле маловато, так что секунды спустя компашка садами понеслась на пейнтбольное поле — узнавать, будет ли соревнование с Белостенными, пусть даже обучающее.

… Следов было много, и уходили они в основном в сад, потому Тармо и сказал: «Кажется, к пейнтбольному полю…»

Ивар и Айна сидели в кабинете деревенской школы, чуть ли не напротив кустов, в которых пряталась Ирмина компашка, и не видели тех, как и малолетние бандиты не видели этих двоих. Ведь следили двое из кабинета за Коннором, пригнувшись — прячась за подоконником… Айна помогла мальчику-друиду дойти до учебки, потому что его ноги всё ещё были слабыми. Правда, оба пришли к учебке не затем, чтобы наблюдать за тренировками Коннора. Так уж получилось, что Трисмегист вместе с Понцерусом ушли к Риверу, и Айна рассказала Ивару, что она до сих пор учится в учебке — то есть в начальных классах деревенской школы. Уставший от непривычного безделья и неподвижности, Ивар и уговорил девочку провести его в эту учебку. Та сейчас пустовала — время-то летнее. А Ивар встречаться с кем-либо не хотел: и правда отвык в лесу от общения. И учебка привлекала его именно тем, что была новым для него местом и что в ней пусто.

Из окна первого же кабинета, который Айна ему показала, был прекрасный вид на спортивную площадку Колра. Так что, когда на ней началось движение, и мальчик, и девочка немедленно прильнули к подоконнику. А потом заворожённо следили за происходящим.

Когда Бернар и его помощники направились в учебку, чтобы на время пристроить троих учеников Белостенных в одном из ближайших к выходу кабинетов, мальчишка-друид и девочка выскользнула из «своего» кабинета, и Айна повела Ивара к кухне, где находилась вторая дверь из дома. По дороге они раскланялись с домашним Малинычем, зная, что без вопроса к нему домашний никому не расскажет о них.