Днём появился Вальгард, на этот раз прилетевший только с двумя телохранителями. Старый дракон объяснил, что весь его клан до сих пор работает в открытом городе Государство, устанавливая в нём нужные порядки.

В гостевом кабинете, по его распоряжению (просить Вальгард не умел), собрались Селена и Джарри, Бернар, Колр и братство, а также деревенские маги и все причастные к делам Тёплой Норы: Трисмегист и Понцерус, Александрит и припрятавшиеся в уголке за его креслом Вилмор и Корунд.

Сев в кресло, по бокам которого тут же встали его телохранители, Вальгард вздохнул и начал:

— Кто изучал историю Города Утренней Зари, тот помнит, что на этот город древние вампиры дважды совершали набеги, чреватые почти полным разорением. Во время второй войны с ними здесь появился я. В то время я решил, что стал достаточно самостоятельным, чтобы отделиться от своего клана и создать собственный. А значит, мне традиционно надо было выбрать город для охраны. Расположение Города Утренней Зари мне понравилось. И тем более — драконов над ним не было. Я разузнал, как живёт город, и собирался прийти в крепость правителя Итерри, чтобы познакомиться с ним и объявить о своём желании стать стражем города. Но в загаданное мной для знакомства с правителем Итерри утро вампиры напали на город. Мне пришлось отстаивать его от врага — вместе со всеми, кого застали врасплох, но кто был готов защищать его. Под конец первого дня нападения мне удалось собрать вампиров в одном месте и лишить их крыльев — их личной магии. Именно крылья помогали им совершать набеги на тогдашние цивилизованные города. Правитель Итерри увидел мою силу и согласился, что моё желание стать стражем города оправданно. И я увёл вампиров, лишённых крыльев, далеко отсюда, в старинный город, давно заброшенный, но достаточно комфортный по месторасположению, чтобы вампиры его обжили. Поначалу время от времени я проверял, как они сживаются в тех условиях, а потом отдал вампирский город на откуп другим стражам. Один из драконьих кланов стал его постоянным стражем, и я перестал волноваться, что что-то пойдёт не так. По редким встречам с главами того клана я знал, что вампиры не просто устроились в этом городе, но и обустроили его по своему вкусу. Правда, мне не говорили, что из старинного города они сотворят закрытую для всех крепость. Не говорили, что у них стало слишком много военных заводов. И только раз я услышал, что тамошние вампиры пару раз посетили соседнее государство. А спустя пару лет или больше после того посещения началось нападение магических машин, пришедших именно из того, соседнего с вампирами государства. Клан, ныне стерегущий город вампиров, предупреждён: если остатки правящей расы снова начнут устремления закрыть город, драконы должны будут немедленно сообщить о том. В этом случае я собираю драконьи кланы, чтобы порушить любые стены, которые будут мешать горожанам видеть мир вокруг.

На этих довольно высокопарных словах Вальгард закончил своё объяснение насчёт настоящего и будущего города вампиров и велел устроить ему встречу с детьми-драконами.

Встреча прошла спокойно. Старый дракон остался доволен состоянием обоих настолько, что приказал отвести его к «мальчонке» Кадму, чтобы дать ему достаточно сил для выздоровления. Как поняла изумлённая Селена — в качестве негласного извинения.

А вечером, когда в гостевом кабинете началось спонтанное совещание, Трисмегист развёл руками и признался:

— Не понимаю. Не понимаю, как хотели использовать детей-драконов в будущей войне. Наоису насовали имплантов так, как я вооружил ими Коннора. — Взглянув на спокойного мальчишку-некроманта, он добавил: — Тот вампир, что рассеял по спортивному полю марево подчиняющей магии, был одним из тех, кто командовал в лаборатории пригорода. Я узнал его. Как узнал, что он всё же подсмотрел, как я создавал машину из живого человека. Извини, Коннор, если следующие слова будут для тебя оскорбительны…

— Переживу, — ответил мальчишка-некромант. — Я тоже хочу узнать всё.

— Я создавал мальчика-библиотеку — послевоенное будущее Города Утренней Зари, основанное на эльфийской силе. А эти вампиры… Повторюсь… Не понимаю, зачем им дети-драконы. Наоис, начинённый имплантами, просто не сумел бы подняться в воздух, потому что у него с внедрёнными деталями не получился бы оборот из человеческой ипостаси в драконью. Дафна вообще вызывает недоумение. Ведь Больдо начинил ей крыло имплантами, не позволяющими проявить саму драконью суть — взлететь в небо. Да ещё сделал это в её состоянии полуоборота. Единственное, к чему я склоняюсь: Больдо всего лишь тренировался на детях-драконах, примеривался к возможности использовать их в войне. То есть пытался усовершенствовать, как это назвала леди Селена, мага-киборга, придуманного мной. Но для меня и это предположение притянуто… за уши.

— А вы не спросили самих вампиров, с какой целью всё это было устроено? — не выдержал Джарри.

— Из тех вампиров, кто непосредственно работал с детьми-драконами на третьем нижнем уровне, никого в живых не осталось, — обескураженно вздохнул эльф-философ. — Эльфы, которых брали в лаборатории для самых тонких работ, «проснувшись», уничтожили их всех. А сами вампиры оказались настолько… скажем так, мнительными, что зачищали с деталей все отпечатки мыслей, которые их обуревали при работе с детьми-драконами. Я пытался снять с деталей хоть клочок мыслей Больдо — но увы. Импланты были абсолютно чистыми.

Третье совещание в тот же день, точней — вечер, произошло на высшем уровне — в мансарде братьев.

К ним перед сном постучались, а когда удивлённый Колин открыл дверь, на пороге обнаружились Селена и Джарри. Оба улыбнулись и вошли в мансарду. Селена первой присела на центральную кровать, последним на которой спал парнишка-вампир Виридин. И села хозяйка места, а за ней и Джарри — перед кроватью Коннора. Заинтересованные братья немедленно устроились так, чтобы видеть всё и всех. Причём Мика немедленно нырнул к Селене под бочок, а Колин просто пристроился рядом с Джарри.

Сообразив, что пришли по его душу, но не понимая, в чём дело, Коннор спросил:

— Что-то… случилось?

— Случилось, — подтвердил Джарри. — Я посмотрел на тебя во время разговора с Трисмегистом. Когда он заговорил о чистых деталях-имплантах. Мне продолжать?

Братья с любопытством воззрились на мальчишку-некроманта. А тот смущённо улыбнулся и пожал плечами.

— Ну, стёр. И что?

— Ты знаешь — что, — хмыкнула Селена. — Мы хотим знать, что именно было на тех имплантах.