— У меня одна, я должен попасть в администрацию игр, — ответил я. — Уверен, её держат там! И у меня есть способ её обнаружить. Но это родовой секрет.

— Машина за нами уже выехала, езды пара минут, — согласился Львович. — Я тоже думаю, что начинать нужно оттуда.

Ровно через пять минут мы остановились у центрального входа снаружи Колизея. На наш стук появился заспанный охранник, невероятно рыжий мужик лет тридцати с большим животиком, и лениво поинтересовался, что же нам надо.

— Гримёрку нам нашу надо, — ответила Лариса и очаровательно улыбнулась. — Мы там мобилетик мой забыли. А я подруге позвонить обещалась.

— Одна нога здесь, другая там! — повёлся на женские хитрости охранник. Всем ходить обязательно?

— Ой, я же без них потеряюсь, — продолжила кокетничать гномка. — Они — моя охрана, без них вообще никак и ни куда, или папик прибьёт.

Нам распахнули дверь, и мы прошли внутрь. Я сказал Либи, что пора начинать работать, и мы, изображая пьяных, прошли по всему первому этажу.

— На нижних двух и трёх надземных этажах её нет. Нам надо выше.

Либи сказало это непривычно серьёзным голосом и замолчала. А мы поднялись на пятый этаж. Мы практически дошли до конца коридора, когда пушистик «сделала стойку»:

— Прямо над нами тот толстяк. И он не один, с ним ещё два человека.

— Нам наверх! — командую я. — Нади там нет, но есть тот самый толстяк!

Вся наша компашка отправилась к лестнице, и вскоре мы ворвались в роскошный и довольно большой кабинет. В нём находились трое: Уже знакомый мне лысый бегемот, совершенно высохший, но не старый мужик с чёрными волосами и ярко-карими глазами, выглядящий дорого и солидно, и совсем молодая девушка, лет семнадцати максимум.

Её чёрные, как смоль, волосы и карие глаза заставляли подумать, что она дочь, или ещё какая близкая родственница тощего. А боевая раскраска навевала воспоминания о течении готов из моего мира.

— Что это значит? — первым пришёл в себя черноволосый. — Как вы посмели сюда ворваться? Убирайтесь, пока охрану не вызвал!

Хм, я прекрасно знал, что охраны здесь всего три человека, и все совершенно не бойцы и не маги. Так, сторожа. Я нагло прошёл и картинно плюхнулся на шикарный кожаный диван, стоящий напротив стола.

— Ребятки, — лениво процедил я. — Вы возвращаете девушку, и у вас остаётся шанс встретить завтрашний рассвет живыми. И да, вашу «охрану» тоже можете позвать. Надо с ними тоже разобраться, вдруг причастны?

— О чём вы говорите? — внешне довольно искренне удивился мужичок. — Какую ещё девушку, вы в своём уме? Это администрация игр, и не работорговый притон!

— Вот он в курсе, — кивнул я на толстяка. — Он ко мне приходил с требованием завтра проиграть, или девушке будет плохо!

Мои друзья хранили молчание, с интересом наблюдая за происходящим.

— Петро? — тощий нахмурился. — Что всё это значит?

— Да не ходил я ещё никуда! — возмутился жиробас и тут же заткнулся, осознав, что он только что сказал. — В смысле не ещё, а вообще не понимаю, о чём речь! — вогнал он очередной гвоздь в крышку своего гроба.

— А с этого места прошу поподробнее, — хищно оскалился следователь, доставая жетон. — В принципе, мы хотели арестовать завтра вечером, но можно и сегодня. Именем императора, вы арестованы! Сотрудничество со следствием приведёт к смягчению наказания!

Толстяк резко спал с лица и бухнулся нам в ноги:

— Готов, я готов сотрудничать, это всё Скунсов, граф Скунсов, он принудил меня. Я всего лишь выполнял приказы! Мне ничего не оставалось, он угрожал мне!

— Ты что несёшь? — прорычал граф. Его дочь в удивлении хлопала разрисованными в чёрное глазками. — Что это за бред, что за девушка?

— Да, где она? — спокойно поинтересовался я.

— Я скажу, я всё скажу, — тряс десятком подбородков жирдяй. — Она у меня на даче, в подвале! Нет, вы не подумайте, ей созданы все условия, у неё даже ведро есть, в туалет сходить! И кормили уже, правда, она отказалась.

В этот момент Либи сообщила мне, что приближаются восемь человек. Я было напрягся и хотел предупредить друзей, но предвидение показало мне, что это были бойцы захвата. Влетев в кабинет, они положили всех троих на пол и одели магоподавители, совмещённые с наручниками.

— Вы не знаете, на кого наехали! — возмущался граф, лёжа мордой в пол. — Сам глава города у меня в друзьях, меня завтра же отпустят, а вы ко мне на коленях приползёте, дебилы! Я ещё могу простить вас, если немедленно меня отпустите!