Капитан откинулся на спинку стула и сложил руки на груди сидя за небольшим деревянным столом. Усевшись напротив него, я полез в карман. То, что он может отказать, об этом уже подумал.

– А если увеличу цену. – Я положил на стол две золотые монеты.

Капитан глянул на них, на секунду задумался, в глазах блеснула алчность, но он отрицательно покачал головой.

– Изменение курса, это не просто перевести пассажиров из одного места в другое, вы практически фрахтуете корабль.

Понятно, набивает цену. Но мне не жалко, монет еще много, пока трачу только свои, у ребят их не меньше.

Я положил на стол еще две монеты золотом.

– А так? Это весьма большая сумма. На них, пожалуй, можно неделю плавать в свое удовольствие. Но если не устраивает, то…, – я поднялся.

Капитан, видя монеты и мое намерение уйти, даже сглотнул, чем выдал себя. Поняв это, он засопел и тут же их сграбастал.

– Каюту на шестерых предоставлю, питание за наш счет. Высажу, где скажите.

Ну вот, это уже деловой разговор. Судя по тому, что вспотел, боится, что я передумаю. Это действительно большая сумма.

Мы пожали друг другу руки, закрепив тем самым сделку. Выйдя из каюты, я направился за ребятами. Капитан, выскочил следом за мной, позвал боцмана и распорядился разместить нас по высшему разряду и поставить на довольствие.

Я отправил ребят на корабль устраиваться, а сам задержался на пирсе. Кое-что привлекло мое внимание.

Отсюда хорошо видно, как внизу, на берегу у деревянных мостков, сидят пацаны, двенадцать человек. Старшему лет четырнадцать, остальным, кому двенадцать, а кому и десять. Горит небольшой костерок, старший парень делит между ними не большую буханку хлеба.

Беспризорники, грязные, в старых, даже рваных одеждах, некоторые босиком, жадно сглатывают, ожидая своей порции.

Понаблюдав за происходящим, я направился к ним. В мешочек с медными монетами пересыпал все оставшиеся серебряные. Увесистый получился кошель, тяжелый. Нам они ни к чему, вот и решил отдать пацанам. Видно, что голодные, тощие, недоедают, а может иногда и совсем не едят. Найдя спуск на берег, остановился перед ними.

На меня сразу обратили внимания, все насторожились.

– Ты старший? – я посмотрел на того, кто раздавал хлеб. – Не бойся, не обижу, дело есть, отойдем, поговорим? – я кивнул в сторону.

Пацан нехотя поднялся и зашагал за мной.

Отойдя так, чтобы нас не услышали остальные я повернулся к нему.

– Чего надо? – выдал он, хорохорясь, но было видно, изрядно трусит, косясь то на мой меч, то на кинжал, висящий на поясе.

Я достал мешочек с деньгами и протянул ему.

– Держи.

Парень от удивления захлопал глазами.

– Зачем? Это чего?

– Бери, когда дают. Считай, моя безвозмездная помощь вашей банде. Накорми, одежду купи и обувь. Я видел, как ты раздавал хлеб, оставив себе меньше, чем отдал остальным, и как они жадно ели. Там деньги и много, – я кивнул на мешочек.

Немного поколебавшись, пацан схватил его, тут же удивившись весу, развязал и глянул содержимое.

– Но как же это? Это же…, но почему? – У него даже дыхание перехватило, по всей видимости подомных сумм никогда не видел и даже не мечтал о них.

– Если бы думал, что, взяв кошель, ты смоешься, бросишь своих, то не дал бы. Ты не такой и не оставишь их, не предашь, всегда будешь стоять за пацанов горой, даже ценой собственной жизни. Ты заботишься о младших, в меру своих сил, сам недоедаешь, но отдаешь им последнее, оставляя себе самую малость. Поэтому и дал тебе деньги. Все, мне пора.

Не дожидаясь ответа, я повернулся и быстро зашагал в сторону корабля.

– Я тебя не забуду, спасибо, – произнес он мне в след.

Поднявшись на пирс, скосившись, я бросил взгляд на парня. Он продолжал стоять на том же месте смотря мне в след. Затем смахнул рукой слезы с глаз и шмыгнул носом.

Значит не ошибся. Когда человек, тем более такой юный, сам не имея ничего заботится о других, это дорого стоит.

Поднявшись на корабль, выяснил у матроса, где разместили моих ребят и направился к ним в каюту.

Наше плавание или как говорил капитан, хождение по морю, было утомительным из-за постоянного однообразия. Бескрайние морские просторы, палуба, каюта, вновь палуба и волны за бортом.

Уговор он выполнил и высадил нас на каменистом берегу необитаемого скалистого острова. Прежде чем мы отчалили от корабля на шлюпке, предлагал взять с собой еды и воды. Но я вежливо отказался, сославшись, что мы тут пробудем недолго.

Как только корабль взял новый курс, я повел ребят к тому месту, где должен находиться вход в пещеру, с установленными в ней вратами.