— Соглашение касается только тебя?

— Да.

— Тогда для доказательства серьёзности твоих намерений мне нужны двое других.

— Они в другой комнате, здесь я один.

— Ясно. Тогда я даю требуемую тобой клятву, а ты поклянёшься передать очки, оружие, сумки, не нападать на моих людей и не выходить из комнаты, устраивает?

— Устраивает! — голос за дверью явно повеселел.

Системные клятвы приняты!

— Заполни пока вот эти две карты, если у тебя хватит очков Системы, — подсовываю под дверь два истинного зрения.

— Ты реально его отпустишь? — спрашивает Александра на русском.

— Ещё чего не хватало. Присмотрите за подопечным, быстренько двух других оприходуем.

Саблей под оружейной аурой дверь взрезается в районе петель и замка, затем метательной дубиной с воздушным тараном на пятьсот маны импровизированная баррикада улетает внутрь комнаты, заодно цепляя одного арахноида. Метательное копьё и клевец ставят точку в их жизни.

— Шшш… Уничтожили четверых, как слышно, приём?…шшш — докладывает Сура по рации с небольшими помехами.

— Слышно хорошо, вас понял. Снимайте мины, жду в отеле, приём.

— Понял, приём.

— Конец связи.

— Принято, конец связи.

Пока я общался с дружинником, Павел успел обследовать комнату: «Все люди убиты».

Устроили резню буквально перед нашим приходом, так как совсем недавно пленные люди чётко виделись биолокацией. По-видимому, арахноиды выместили бессилие, страх и злобу. Причём все тела плотно завёрнуты в паутину, что не позволяло «куколкам» двигаться и даже говорить.

Замираю в мелькнувшей догадке, биолокацию на место нахождения арахноида, с которым у меня клятвы, плотной кучки засветок нет, всего три. Сказал, что передаст все доступные ОС — выполнил дословно. Ну что ж, хоть и так не буду страдать от угрызений совести, но теперь появилось железобетонное оправдание: драук понял клятву по-своему, и я пойму по-своему.

— Зима, подойди ко мне, — радирую юниту.

Продолжаю: «Паш, возьми Шныря, сходи на место гибели пауков-беженцев, прихвати их в своё кольцо, скинем в домене Одина»

— Хотел стать игроком, после всего увиденного мнение не поменялось? — спрашиваю у подошедшего Зимина. — Не будешь потом проклинать меня, что о чём-то не предупредил?

— Война есть война, какие могут быть претензии? Показал всё без прикрас, как есть, выбор только за мной, и я по-прежнему согласен.

— В таком случае вопрос, есть желание заработать немного ОС?

— Каким образом?

— Убийством паука.

— Но я же пока не владею оружием в достаточной степени.

Достаю арбалет и «арбалетную стрелу», он же «болт», приобрётший системный статус. Пару дней назад менял стрелы в колчанах на новые несистемные, увидел. Натягиваю тетиву, накладываю болт:

— Прицелился, нажал на спуск вот здесь, получил очки.

— Понял, — забирает арбалет.

— Действуешь после моей команды.

Драук нехотя разобрал баррикаду в свою комнату, взгляд Одина на него: Шосс, Игрок (Е), Арахноид-Воин (57 %) (Е), уровень 7.

Понятно, почему не хочет умирать. Тут же вижу причину того, что не стал пытаться сбежать — в боку входное отверстие от пули, слегка кровоточит, видимо, подлечился.

Забираю заполненные карты, сумку мародёра и бездонную, пять оружейных карт, из них одну Е-ранга. Пришло время рассказа о своих навыках. Которых у него, грубо говоря, нет. Надеялся на то, что имеющийся у него навык исцеления является очень ценным в молодом мире Системы, но просчитался.

— Остаток опыта сливай сюда, — телекинезом передаю ещё одну карту истинного зрения, для Кота. Первые пойдут Григе и Смолю — игроки клана должны видеть невидимок, тем более, все трое являются пулемётчиками. Останутся Чуб и Серый, впрочем, последний развивается по остаточному принципу.

Всё, помимо заключённых в нём самом ОС, из арахноида ничего не выжать. Резким ударом саблей с оружейной аурой рублю ему правую руку и две передних суставчатых лапы, драук отшатывается в угол:

— Ты же клялся!

— Зима, твой выход! Не беспокойся, клятву я не нарушу, — отвечаю оппоненту, здесь прохожу по очень тонкому льду в формулировках.

Члены клана — точно мои люди, и то, у нас пока (пока?) не жёсткое беспрекословное повиновение, свои приказы мне требуется обосновывать, а выходящие за рамки морали дружинники вовсе не исполнят. Зимин же — не мой человек, формально подчиняется лишь по долгу службы государству. Искренне надеюсь, что такого «самовнушения» хватит для оценивающих механизмов Системы посчитать, что я не нарушил букву клятвы.