Юджиния очнулась, понимая, что находится в каком-то жутко неприятном месте. Она была не одна, всюду сидели люди, кто-то стонал, кто-то плакал. Она схватилась за голову, пытаясь прийти в себя, но перед глазами все плыло, как бы она не старалась сфокусировать взгляд.

— Эй, парень, — прозвучал скрипучий голос откуда-то сбоку. — Проснулась твоя ненаглядная.

Не поняв, к кому голос обращается, Юджи медленно села, вдруг чувствуя, как чьи-то руки ласково обхватили её плечи, уткнув её носом себе в шею. Темные волосы слегка щекотали ей лицо, и девушка наконец очнулась. Господи, их же взяли повстанцы! Перед ней сидел док, слегка обожженный на левую сторону, но в целом живой. Он даже носом шмыгнул от переизбытка чувств.

— Я так испугался, ты все не хотела приходить в себя.

— Сколько… прошло? — она стала осматривать место, в котором они оказались. Огромная клетка в сыром подвале, где люди разной масти делили заключение.

— Двое суток, — Артур поморщился. — Арчер держит здесь тех, кого планирует перевоспитать и заставить работать на себя.

— И какой смысл? — не поняла девушка. — Что будет?

— Шаг первый — голод, — сказал тот самый скрипучий голос, подняв палец для отсчета. Его лицо напоминало грушу для битья — так много шишек и синяков на нем было. — Шаг второй — давление. Третий — пытки. Четвертый… а после четвертого ещё никто не возвращался.

— Голодом нас уже морят, — заметил док, осторожно погладив Юджинию по спине. — Я ужасно волновался, мне было все равно не до еды. Скоро вызовут, будут угрожать, но не переживай, я не стану с ними работать. Пусть хоть убьют меня.

— Нет, — девушка резко покачала головой, поднимаясь на ноги и отряхиваясь. — Соглашайся. Всем лучше, чем умирать здесь.

С одной стороны от клетки она заметила движение. Только хотела спросить, что это было, ведь лампочка у них была одна, только по центру, так что им почти ничего не было видно за прутьями, как вдруг пришло осознание — вокруг них измененные. Они видели в клетке еду и бросались на неё.

— Жуть какая, — прокомментировал это зрелище Артур, снизу вверх глядя на Юджинию. — А ты? Согласишься? Работать на повстанцев.

— Боюсь, все не так просто, — рыжеволосая обняла себя руками, глядя, как инфицированные бьются о прутья, — я не умею покорятся. Так что Арчер захочет меня сломить. Хотелось бы, чтобы ты был рядом живой. Мог меня подлатать.

— Командующий этим не занимается, — отмахнулся обладатель скрипучего голоса. — Нас ломает Кора.

— Кора? — полукруглые брови Юджинии взметнулись. — Что за Кора?

— Я.

Рыжеволосая обернулась на голос, замечая женщину. Темноволосая, как и Арчер, поджарая, она была в берцах и камуфляжных штанах, сверху — черная майка. Кроме гадкой ухмылки на её губах поражало ещё кое-что. Измененные игнорировали её. Никто не бросался, не пытался её укусить или убить. Они просто игнорировали её существование.

— Что за… — только удивилась Юджи, хмурясь и отшатываясь. — Ты кто такая…

Женщина усмехнулась вновь, легко отпирая клетку. Она вошла, подходя к Юджинии вплотную и глядя на неё сверху вниз.

— Вот, значит, какая ты, — Кора с отвращением скривила ярко выкрашенные губы. — Я ожидала увидеть здесь грозу народа, а передо мной ещё совсем девчонка. Но приказ, есть приказ.

— Твой хозяин и не способен на большее, — вздернула нос Юджи. — Старики и женщины. Ну, и бессознательный доктор.

Хлесткая пощечина прозвучала в тишине словно выстрел. Юджиния отшатнулась, упав на колени. Щека горела.

— Не смей раскрывать пасть на него, — Кора нависла над ней, замахиваясь ногой и ударяя рыжеволосую в висок. — Спать, шавка.

Док снова подполз к девушке, затаскивая её голову себе на колени. Из её носа шла кровь. Он, словно заведенный, гладил её по волосам, глядя в одну точку. Что за страшный сон…

14. Путь

Миффлин едва волок ноги. Всё оказалось куда тяжелее, чем он мог себе представить. Мэт наконец остановил их процессию, прямо на подходе к новому городу. Свет вывесок буквально ослеплял, хотя им пока только предстояло искупаться в их лучах. Найдя какую-то халупу, Мэт завел их внутрь, доставая из дырявого рюкзака, найденного на помойке, бутыль воды, два сэндвича и три зеленые таблетки. Благодаря Уолкеру можно было найти нелегальный пункт обмена, где брали буквально все, давая еду или воду. Так они и выменяли плеер Миффа, с которым тот расстался, но грезил когда-нибудь его вернуть.

— Ешьте, — Мэт придвинул сэндвичи к Приманке и блондину, сам плюхнувшись на пол и открыв голограмму карты. — Нам нужны силы, чтобы войти в город. Ближе всего к нам «Алые псы», они принимают руброним за оплату, да и идти до них вроде как безопасно.

По пути они дружно решили, что в оппозиции никому лучше не знать, что произошло с Юджинией. Спасти их с доком можно было только одним способом — обратиться за помощью. То есть… к наемникам. Те не чурались ничего, славясь своей неразборчивостью в заказах. Убить чиновника? — поехали. Найти сыворотку? — блин, попробуем. Спасти котенка с дерева? — о чем разговор! Миффлин и сам бы к ним обратился, вот только те за свою работу берут оплату. Это, конечно, правильно, но… тогда блондину это было не по карману. Сейчас, вообще-то, тоже, но у Мэта при себе был мешочек рубронима на такие случаи. Перед местными светить им не стоило, а вот в новом городе никто и не спросит, откуда у тебя столько.