— История у неё интересная, с одной стороны для неё великий старейшина её предок по крови, а с другой он убийца её предка, поглотивший его кровь. Не хотел бы я оказаться на её месте. — высказал своё мнение Ройден.

В этот момент старейшина Мелькор, молчавший на протяжении всего времени, заговорил:

— Ройден, я слышал, что какой-то мальчик сломал твой обелиск. Выяснил причину его разрушения? Не припомню, чтобы что-то такое случалось раньше.

— Не он сломал, смертный мальчик на подобное был бы не способен. К тому же я этого мальчишку потом повторно проверил на другом, аналогичным обелиске и ничего не случилось. В один момент артефакт наполнился таким огромным количеством Ци, что он не выдержал и само разрушился. Вероятно, был какой-то серьёзный дефект в одном из материалов артефакта, который проявился от постоянной нагрузки, после чего вместо пропускания сквозь себя энергии, он стал накапливать Ци в одном месте, чем затем, достигнув критической точки, вызвал неожиданный коллапс всей структуры…

В этот момент, зная, что Ройден может целую вечность говорить об артефактах, Мелькор его прервал.

— Мы поняли насчёт артефакта, а что там с мальчиком, как его там, Виид, кажется. Что-то кроме общедоступной информации о нём узнал твой обелиск?

— Нет, всё так как и записано, мне особо нечего добавить, второй обелиск не выявил никаких аномалий, талант к культивации у него слабый, почти минимальный по нашим меркам, дара нет. Сам по себе он весьма посредственный, он даже не смог достичь стадии Конденсации Ци за семь дней. Ему сейчас как раз повезло и в первом раунде он прошёл без боя. Как я уже говорил до этого, удача тоже в каком-то роде сила. Но боюсь, что во втором раунде она покинула его, ибо против него твой ученик Байрон. — ответил Ройден.

Недалеко от арены

Ранд стоял у арены и наблюдал за сражениями своих соперников, анализируя каждый бой и выявляя сильные и слабые стороны своих одногруппников.

«Линь, как и ожидалось, очень силён, в прямом бою с ним будет тяжело. Хоть его дар и довольно затратен в плане Ци, но вымотать его на арене будет не слишком легко, и даже после нескольких боев со слабыми противниками он не вымотается, так как сразу после боя он садится и медитирует, по большей части восстанавливая свои затраты энергии. К сожалению, техника Бронзового Тела приобретает сопротивляемость к огню только со второго уровня, но даже на первом более крепкая кожа даст мне какую-то временную защиту от огня. Но вот выйти из битвы с Линем без каких-то серьёзных ранений будет тяжело, а если он будет мудро использовать свою силу, то и невозможно. И в дальнейшим моими ранениями смогут воспользоваться другие и даже вероятность проигрыша не стоит в таком случае отбрасывать. Возможно, лучше применить против него какую-то тактику…» — размышлял Ранд, переходя от одного потенциального противника к другому.

'Люций уже достиг второй ступени Конденсации Ци, с учётом поддержки его отца и неплохого таланта это и не удивительно. Вкупе с его даром он может создать некоторые проблемы, особенно, если я встречусь с ним после боя с Линем.

Эйрон относительно опасен, как я и догадывался, он лишь притворялся на тренировках неуклюжим гигантом, вероятно его сила, дарованная даром, сможет нанести какой-то урон даже сквозь технику Бронзового Тела, но для него удар по мне будет более фатален. Но в идеале лучше избежать с ним прямого столкновения.

Тело Льда Мелисы даёт её некоторую защиту, напоминающую первый уровень Бронзового Тела, но намного слабее. Без какой-либо техники, связанной со льдом, её боевой потенциал не слишком высок и одолеть будет несложно.

А вот Сильма разочаровывает, такой посредственной родословной зверя я давненько не видел. Она быстро проиграла в первом же бою Балрону, не показав ничего достойного упоминания. Кажется, она ничего не унаследовала от предка, кроме пары нательных признаков'.

Большинство других не заслуживали какого-то особо внимания, будучи лишь обычными послушниками, только что вступившими на стадию Конденсации Ци, и не показавшими каких-то особых способностей. Все они были где-то на уровне Каируса. Был также Балрон, но его дар на этом этапе делает его лишь чуть сильнее других на его ступени культивации, а больших способностей в боевом искусстве он не показал.

Ещё чуть меньше половины послушников от общего числа вообще не успели достичь первой стадии, но почти все они вылетели сразу же в первом раунде, многие сдались даже без боя, другие попытались, но быстро были повержены в неравном бою. Но было и исключение под именем Виид. Он, как и те, кто выбыл, не достиг Конденсации Ци, но сумел пройти во второй раунд совершенно без боя из-за того, из пятидесяти одного человека ему не нашлось пары. И как раз в тот момент, когда Ранд переключил на него свое внимание, в воздухе прозвучал голос дьякона Фаргуса:

— Оберин, Виид ваша очередь, поднимайтесь на арену.

Послушники тут же начали подниматься на арену, но прежде, чем они вступили на неё, Виид к нему подошёл и, широко улыбаясь, сказал:

— Старший Оберин, не смотри на мою хилую фигуру, я очень силён, так что готовься, скоро тебе нужно будет сдаваться.

Услышав эти слова, Ранд тут же почувствовал желание сразу же сдаться или как минимум поддаться Вииду, но последний не мог и подумать, что его слова приведут Ранда в тихую ярость, которую он скрыл за полуулыбкой на лице.

«Это ничтожество пытается на меня воздействовать свой силой и заставить сдаться, проиграть? На первой же ступени помешать моим планам? Этому не бывать… Нужно успокоиться, но нынешняя попытка к убеждению — это как минимум прямая угроза моему благосостоянию, а на угрозы нужно отвечать. Как же хочется прямо здесь и сейчас его убить, решив эту непонятную проблему раз и навсегда. Если я применю даже часть мощи имперского сокровища, то убью его мгновенно, будь он хоть трижды демоном или культиватором, сменившим тело. Если же я совмещу удар в голову со всей силы вместе с применением сокровища, то даже старики на трибуне могут не заметить его применения. Будет выглядеть, как будто дьякон не успел вовремя спасти Виида от смертельного удара. Он, ведь, смертный, одного дуновения ветерка достаточно, чтобы он умер» — хоть эта идея и несла бессмысленный и ненужный риск быть обнаруженным и Ранд тут же от неё отказался, но она была настолько притягательной, что он не смог себе отказать в том, чтобы мысленно представить, как он снесёт голову этой проблеме…'.