Зеленоглазый понимал: кто-то из командиров штурмовых групп может сообразить послать подмогу засадному отряду. В его планы это не входило, а потому он решил ускорить ход событий. Засадники укрылись щитами вблизи одного из самых высоких ясеней. Охотник, не долго думая, подобрался к дереву и не хуже белки взобрался по его стволу, а затем, с ветки на ветку, — до середины кроны. Оттуда можно было увидеть кольцо бриттов, выставивших перед собою щиты. Трое или четверо держали факелы.

— Ну, спасибо, что оставили мне свет! — шепнул Зеленоглазый. — Вот дурни, нет чтоб погасить...

Они были настороже, и на этот раз он успел выстрелить лишь два раза.

— Один на дереве! — завопил кто-то из засадников, вскидывая щит, чтобы прикрыться им сверху. — Вон, на том дереве! Скорее!

Целый дождь дротиков осыпал густую крону ясеня, и, возможно, одно или два копья достали бы охотника, но он не стал этого ждать. Моментально спустившись до нижней ветки. Зеленоглазый спрыгнул на землю. Его заметили и кинулись всей толпой, впрочем, теперь их оставалось уже только девятнадцать человек. Догнать охотника или достать дротиком никому не удалось — тот исчез вновь, будто растворившись в сгущающейся темноте. Варвары с рёвом пробежали десятка два шагов, остановились, и снова трое упали, один за другим сражённые стрелами.

— Выходите, римские собаки! — завопил один из засадников. — Выходите, поганые трусы! Где вы?!

— Да здесь я! — отозвался Зеленоглазый, внезапно появляясь перед ними на расстоянии всего в несколько шагов. — У меня нет больше стрел, но и у вас, как я погляжу, кончились дротики. Собрать их было не догадаться? Ну, не собрали так не собрали, пришла, значит, пора для открытой драки. Не смотрите по сторонам, я с самого начала был один. А вас всё ещё шестнадцать. Нападайте.

— Шестнадцать на одного? — угрюмо спросил кто-то из бриттов. — Хороший ли это будет бой?

— Ты с ума сошёл! — рявкнул на него другой. — Это же не человек — это демон. Его подослали к нам римские боги. Он убил двадцать четыре человека и не дал нам напасть на ворота крепости. Скорей нападём, или он убьёт и нас!

— Правильно сказано! — воскликнул охотник и... кинулся прочь от рванувшейся за ним толпы.

Он бежал куда быстрее — ему ничего не стоило, выскочив из рощи, припустить вверх по склону, чтобы затем скрыться в лесу, но таких мыслей у него не было. Почти позволив себя догнать, Зеленоглазый вдруг резко развернулся. Два дротика он метнул обеими руками, и двое преследователей, бежавших первыми, упали. Один, кажется, был мёртв, но второй с воем вцепился в древко копья, засевшего у него в боку.

— Прости, парень, копья я кидаю хуже, чем пускаю стрелы! — воскликнул охотник и встретил кинувшегося на него третьего преследователя коротким точным ударом ножа. — А вот с ножом у меня всё в порядке, тем более этот я ковал сам. Но меч всё равно удобнее. Одолжи, а?

Он подхватил меч убитого и бросился навстречу остальным. Кажется, им уже не хотелось этой схватки, но боевой дух кельтов слишком силён, чтобы бежать даже от более сильного врага. Тем более что враг был один, а их всё-таки оставалось тринадцать.

— Двенадцать! — крикнул Зеленоглазый, срезая мечом бросившегося ему под ноги воина и встречая косым ударом следующего. — Одиннадцать!

— Десять! — послышалось из темноты, и стрела вонзилась в бок ещё одного воина.

— Это ты, Суагер? — Зеленоглазый уклонился от нападения и достал мечом ещё кого-то из засадников, однако тот успел уклониться — меч лишь рассёк ему руку.

— Это я! — Охотник-бритт снова выстрелил. — Девять! Мы увидели тебя на склоне и сперва не поняли, куда ты девался, а потом из рощи донеслись голоса, и Руви сообразил, что там засада и ты на неё напал.

— Да уж, не она на меня. Восемь!

— Семь! — Юный Руви метнул дротик и кинулся в драку, потрясая вторым. — Ты обещал оставить нам что-то от своей охоты, Зеленоглазый!

— Да вон их ещё сколько под стенами крепости! Не мешай, мы сами разберёмся. Лучше подбери пару факелов, найди таран и попытайся поджечь. Здесь немало сухого валежника, собирай, обкладывай ствол и поджигай. Таран новенький, из хорошего сухого вяза. Если валежника будет много, он загорится. Давай! Второго у них уж точно нет.

Оставшиеся трое или четверо воинов засадного отряда всё-таки спаслись бегством из злосчастной рощи. Они кинулись к своим, в это время совсем прекратившим штурмовать крепостной вал и соединившим два фланга воедино.

Но римский гарнизон не собирался давать врагу передышки. Видимо, командир когорты, защищавшей крепость, понял: планы бриттов что-то нарушило и они сейчас находятся в замешательстве. Это надо было использовать.

Пропела труба, ворота внезапно распахнулись, и из них вырвалась конница, а следом за нею — ряды легионеров, вооружённых тяжёлыми копьями. Пожалуй, в бой шла целая центурия [9] .