Эдик гладил меня по голове словно малышку, как когда-то гладил меня отец успокаивая, когда я поранилась или получала плохие оценки. Но вдруг все изменилось. Дыхание участилось, а сердце заколотилось в бешеном темпе. Его рука прекратила возню в моих густых и непослушных волосах и опустилась ниже. Прошла по плечам, вызывая мурашки, прошла еще ниже, несмело, но осознанно. На талии остановилась и на мгновение замерла. Я подняла на него свои заплаканные глаза и уперлась в полный желания взгляд. Он больше не смотрел на меня как на несмышленого ребенка. Он больше не скрывал свою мужскую природу. Его чуть опьяневший глаза давали явно понять мне, что он хочет меня…

Мои губы сами нашли его и несмело, в связи с неопытностью и застенчивостью прикоснулись к его пьянящим губам. Он сглотнул, я видела его дернувшийся кадык и нежно, ласково ответил на поцелуй. Эмоции взрывались фейерверками вокруг нас, а он перехватил инициативу, проникая в мой рот все глубже, все настойчивее. Я уже не разбирала вяжущую субстанцию реальности, для меня все превратилось в удаляющуюся нереальность. Я осмысленно сконцентрировалась на разлившемся по телу новом чувстве, которое ныло и крутило, гуляло в каждой клеточке моего обмякшего тела, приходя и оставаясь в одной точке. В низу живота… Мне было так хорошо и волшебно, что я забыла обо всем. Эд ласкал мои губы, сжимал меня в своих объятиях, не давая шансов отстраниться. Да я и не хотела. Я жаждала его ласк, таких новых и волнительных, таких сладких и ни с чем не сравнимых. Они были мне необходимы словно воздух, плотный и с примесями алкоголя и горести, которым мы дышали вдвоем. Казалось пружина желания внутри меня сейчас лопнет, тело станет желе и я смогу вознестись к небесам. Но… этому не суждено было сбыться, так же как и чему-то большему между нами в этот день…

ЭД

Когда ты понимаешь что то, что ты делаешь — неправильно,

но все равно продолжаешь это делать…

Сладкое покалывание по всему телу. В голове шум и неимоверное желание. Затуманенный разум, отвергающий все реальные грани дозволенного. Почему? Ее запах сводил с ума, я не мог противиться нашему притяжению. Все исчезло, окружающее стало размытым и потеряло важность, как только она стремительно оказалась рядом и окутала меня своим ароматом. Обняла так крепко, что ее свободные от белья груди упирлись в меня тугими сосками, заставляя дрожать от вожделения. Я же не железный… Я мужчина и такое вызывает во мне понятную и вполне оправданную реакцию организма. Я обещал себе и ей, что не трону ее, но сейчас, находясь так близко, вдыхая ее сладкий аромат цветов и ванили, я не рассчитывал сдержать слово, даже наоборот, плевать я хотел на обещания… Это говорил не я… Не мой всегда расчетливый мозг… Это говорило перенапряжение, алкоголь и вожделение… Когда у меня последний раз была женщина? Такое ощущение, что месяц назад. Но это не так… Вчера… она была вчера… что за черт…

Нашел в себе силы и отстранил Аню, мою малышку, безумно желанную и … Боже, какая она красивая и моя… Я дал ей последний шанс спастись, но в глазах девушки увидел только мутноватую пленку страсти. Она желала меня также, если не сильнее. Аня сама прижалась ко мне мягкими податливыми губами, стараясь скрыть дрожь в теле и свою неопытность. Малышка, такая чистая и возбуждающая… Такая вся моя…Я словно пил нектар с ее губ, поедал амброзию — дарованную богами. За какие такие заслуги мне подарили ее? Ангел, живой, здесь у меня на коленях… мои руки блуждали по ее разгоряченному телу и я уже проник под тонкую ткань майки, подбираясь к полным грудям, что так манили меня потрогать их, ощутить в своих ладонях. Хваленый контроль сдался, бросив меня на произвол судьбы. Я растворялся в этом моменте, все глубже проникая в ее послушный ротик, лаская, облизывая и прикусывая.

Казалось, сейчас не существует ничего помимо нас двоих так увлеченных друг другом и только это важнее всего во вселенной. Полуденный свет, проникающий в окно с улицы, играл с золотистыми волосами моего ангела. Ее непослушные локоны излучали сияние, словно и правда Аня была кем-то не из этого мира. Слишком прекрасная, слишком светлая и чистая душа. Я улыбался внутри себя, надеялся, что она не зря появилась в моей жизни. Что моя жизнь наконец наладится, что судьба благосклонна ко мне и все теперь будет хорошо…

Своим профессиональным слухом, который всегда был начеку, я уже слышал приближение шагов задолго до появления их у кабинета. Мысленно даже просчитал все возможные варианты и остановился на Эле. Никто чужой, так просто и без громких возгласов сигнализации не смог бы попасть даже на территорию, не то что в дом. Приготовился к худшему, если я все таки ошибся. Резкое открывание двери и моя мгновенная реакция, выработанная и отточенная за долгие годы в горячих точках. Где каждый неверный шаг, каждое расслабление, может стоить тебе или твоим людям жизни.

— Эд, это я, — сказал запыхавшийся и шумно втягивающий воздух Эльдар. Он перепуганно смотрел на меня, явно жалея, что ворвался без спроса. Так и с дыркой во лбу можно остаться.

— Вижу…. — все еще направлял пистолет дулом в проем двери, где и держал на мушке нежданного гостя. По его виску скатилась капля пота, он сглотнул и как-то слишком печально взглянул на Аню, которая от страха и неожиданности вжалась в меня, ища защиты. Я опустил пистолет, вновь отправляя его в кобуру. Спустил свою будущую жену с колен, отправляя ее одеться к себе в комнату. Она ушла, краснея и стесняясь от ситуации в которой оказалась, провожаемая внимательным взглядом Эла. Вот же черт, и не боится он меня, так смотрит на мою будущую жену. Может рассказать ему кто здесь куда должен смотреть? Хотя так нельзя с братом… Он же со мной прошел огонь, воду и медные трубы… А она…

Когда за Аней закрылась дверь, я не успел поинтересоваться причиной столь стремительного врывания в мою обитель. Если у него есть ключи и коды, это не значит, что он может так нарушать мой покой. Хотя о чем это я, всегда ведь мог, а что теперь? А теперь: я завтра женюсь, ответил сам себе и странно так, стало тепло на душе.

— Ты ведь сказал, что это вынужденная мера, Эд… — обиженно протянул друг. Что за хрень? Неужели я слышу ревность в его голосе? С чего бы это?

— Эл, тебе какое дело? Она моя жена… завтра станет женой, — поправился я.