Идти в медкабинет я и не собирался, быстро дошагал до клубной комнаты и вытащил из тайника энергетические заряды, сделанные Иваном. Думаю, без электричества меня просканировать не получится, а там придумаем как отмазаться. Пройдя по слепым зонам камер, нашел нужное место, но впал в ступор. За мной точно кто-то наблюдал. Я огляделся, но никого вокруг не было. Здесь что-то неладное, диверсия отменяется, сломаю аппарат когда индикаторы подключат. В прошлый раз получилось же, хотя сейчас совсем другой уровень, но принцип у всей техники одинаковый.

Вышел на этаж медкабинета, как меня чуть ли не за шкирку схватила класнуха.

— Ты где шляешься? Я бегать за тобой должна?

— Я в туалет ходил.

— Давай быстрее не задерживай людей.

— Иду я, иду.

Месячные у нее что-ли? Нервная какая-то, или муж перестал трахать, ну конечно таким динозавром стала, кто такую захочет. Под дергание класнухи, я, наконец, зашел в медкабинет. Перемены тут были нехилые, кровати со шторами убрали. Куча огромных компьютеров, несколько голограмм с индикаторами и какой-то саркофаг. Серьезный подход. Через-чур серьезный, учитывая мой магический ранг, я не достоин такой проверки. Саркофаг так вообще выглядел пугающе. Меня мумифицировать хотят?

— Проходите молодой человек, — сказал очень седой, но статный дядька.

На кармане его проецировалась голограмма с именем «Антон Павлов». Он был весьма приятным человеком, но лицемерным до мозга костей. Даже его это приветствие, явно же считает себя выше меня.

— Больно не будет?

— Да бросьте, просто просканируем вас.

— А зачем?

— Магический комитет устраивает внеплановую проверку, — без всякого раздражения сказал седовласка.

Выдержка достойная похвалы, походу дядька привык с детьми работать. Но он не так прост, рядом с ним у меня возникало странное ощущение, такое обычно приходит, когда рядом сильный маг. И это подозрительно, врач обладает таким уровнем магии, что во мне пробуждается демонический голод. Походу я попал!

«Мальчик давай, не тяни время». Седовласый и статный мужчина подгоняет 12-летнего пацана раздеться и зайти в подозрительный саркофаг. Так обычно начинаются истории с педофилами. Но здесь ситуация похуже, если это оборудование и вправду работает как говорят. То все узнают про множество стихий блуждающих в моем хлипком теле. А потом стол с хирургом и куча безжалостных опытов над юным телом. Мне такого точно не хочется.

Но вот вопрос, этот дядька не просто врач, уж слишком аппетитный и сильный. А вся эта процедура не стандартный плановый осмотр, выглядит как поиск кого-то необычного, коим я и являюсь. Получается мой грабеж не прошел бесследно, и тишина возникла не из-за охранников, которые попытались скрыть свой косяк, а нечто по другой причине. Может убить их всех и податься в бега? Мамка такому повороту точно не обрадуется, да и не готов я к бегам от государственных служащих. А вывести из строя такое оборудование, бесследно не получится. Потянем время, подумаем.

— А больно точно не будет? — снова уточняю я.

Антон Павлов лишь снисходительно покачал головой.

— Не будет, можешь раздеваться и проходить, займет секунд 20.

Этот мальчик тупой либо не хочет проходить сканирование. Вряд ли ученик из «Е» класса желает скрыть свою силу. Однако его отговорки и то странное поведение в коридоре толкают на разные мысли. Интуитивно Антон чувствовал в нем нечто необычное, и с каждой секундой промедления его догадки усиливались.

На лицо обычный мальчишка, но глаза — зеркало души, показывают нечто жуткое. В темном зрачке с голубой каёмкой скрывается ярость, причем необоснованная и постоянная. Антон Павлов по долгу службы такие глаза видел неоднократно, но принадлежали они боевым магам прошедшим жесточайшие битвы или пытки. Мальчик же судя по досье, с двумя родителями и жил относительно в тепличных условиях, откуда столько злости? Вот он улыбается и неторопливо расстегивает рубашку, но смотрит на меня как на мясо. Ни страха, ни неприязни, только ярость. Причем он смотрит так высокомерно, будто мы его должны боятся. Я уверен он так и думает. Седовласый мужчина стукал пальцами по столу, это был не признак раздражения, вызванного неторопливостью юнца, а дикий анализ ситуации.

— Ну, я готов, хотя может не надо? — снова спросил мальчик с улыбкой.

— Выйдите все, — сухо процедил Антон, и два ассистента в белых халатах спешно покинули помещение. — Слушай малец, не хочешь в боевую академию магов?

Эта фраза прозвучала как гром среди ясного неба. Такое никто детям не предлагает. Да кто этот дядька, черт возьми, такой?

— Я начальник отдела боевой магии.

Он еще и мысли читает? Я вопросительно взглянул, на что мужчина активировал часы, откуда вырвалась голограмма, отчетливо демонстрирующая мои похождения в школьных стенах.

— Мне даже сканировать тебя не надо, уже все итак понятно, даже на глаз могу сказать, это ты. Верно?

Похоже, мы с Ванькой знали не про все камеры, иначе, откуда у него эта запись.

— А если я, то что? — спрашиваю, попутно разгоняя в ладонях колючие железные колтуны. Вещь на первый взгляд безобидная, но при попадании в носоглотку, кровавый чих мужику обеспечен, а там уже и убить проще будет.

— Мне конечно интересно, откуда у тебя столько стихий, но ты мог бы прервать свое заклинание? Поверь, я тебе не хочу навредить.

Проблема, видать маги его уровня чувствуют чужое заклинание.

— Тогда, вы хотите?

— Видишь ли, Артем, — перебил седовласый с абсолютно доброжелательной улыбкой. — Сейчас в стране мир, но он явно временный. Война с британцами не за горами, максимум пять лет перемирия, учитывая катаклизмы в диких зонах.

Я вопросительно взглянул.

— Ты новости смотришь вообще? Об этом каждый портал передавал…

— Только мультики смотрю.

Антон покачал головой, промелькнула мысль про низкий интеллект мальчишки, хотя в какой-то мере такой солдат даже лучше. Во время боевых действий подчинённым лучше много не думать, а исполнять приказы вышестоящих лиц.