Когда пыль рассеялась, я подошел к дворфу, который уже наполовину вылез из своего скафандра. Забавно дергая руками, он пытался освободиться от своей брони и я уже не чувствовал от него какой-либо угрозы. Седовласый, но еще крепкий мужичок не обращал на меня никакого внимания, громко ругаясь на своем языке.

– Я так понимаю, сударь, Вы несколько раздосадованы? – Подошел я к нему поближе, демонстративно не опуская меча.

– Раздосадован?! Да я взбешен! Wuraktar makta! – Артефактор повернулся ко мне, уже ругаясь в мою сторону на человеческом языке, хоть и с сильным акцентом. – Столько лет исследований и разработки! Да тут только одного индонита хватит, чтобы купить половину вашего wurakti города вместе с его wuraktis жителями! И теперь он весь истрачен!

Я закатил глаза и прервал его злобную тираду:

– Довольно. Избавь меня от своих причитаний. Не я тебя сюда затаскивал, а, смею предположить, ты здесь оказался добровольно, так что хватит винить всех вокруг. Это лишь твой выбор.

Дворф злобно раздувал ноздри, глядя на меня, но молчал.

– Так ты сдаешься или нет? – Прервал я эту игру в гляделки, стараясь всем своим видом излучать уверенность. Вот только если у артефактора остался еще хоть один козырь в рукаве, мне придется несладко. Потому что я был практически пуст! Последний барьер, напитанный на максимум, высосал из меня и без того поскудневшие запасы сил.

– Ха-тьфу! – Шумно сплюнул коротышка, но руки в жесте сдачи поднял. – Сдаюсь.

Прозвенел гонг и распорядитель объявил о моей победе.

Я молча махнул рукой на прощание дворфу и развернулся, собираясь уходить, но тот меня окликнул:

– Напомни еще раз, как твое имя, малец?

Я обернулся:

– Его объявили только что. Да и зачем тебе? Запишешь в вашу дворфийскую «Книгу Обид»?

Глаза артефактора на миг расширились:

– Откуда ты знаешь про?.. – Он осекся, но совладал с собой. – Нет. Мне надо будет как-то объяснить старейшинам, куда ушло столько ресурсов, при испытании прототипа новейшего оружия.

Я пожал плечами:

– Я Иратус.

– Арген. – Кивнул дворф.

– Это какое-то ругательство?

– Это мое имя, дубина.

Я усмехнулся:

– Приятно познакомиться, Арген. Пока. Может, еще свидимся. – Я закинул меч на плечо и проследовал к выходу.

***

Ожидаемо, в полуфинал, помимо меня, вышли Ингис Огненный Шторм, начальник городской стражи Адемар Аркон и еще один малопримечательный, хоть и умелый маг, имени которого я не запомнил.

– Это конец. – Обреченно вздохнул я, окруженный взглядами друзей, которые только недавно поздравляли меня с блестящей победой.

– Почему? – Как всегда, первым взял слово Генрих.

– Этот бой выжал меня досуха, а без своих сил я вряд ли справлюсь даже с этим статистом, не говоря уже об Арконе или Шторме.

– Ну, стоит отметить, статист тоже выглядит не лучшим образом. – Заметил один из рыцарей.

– С моим-то везением, на него рассчитывать не приходится. – Горько усмехнулся я.

– Скоро узнаем. – Якон уже попривык к компании грубоватых, но веселых дружинников и осмеливался вступать в разговор. – Начиная с полуфинала, противники объявляются заранее, а не перед самым боем.

И он был прав. Вскоре был объявлен часовой перерыв, а перед ним анонсированы бои полуфинала. Как и ожидалось, моим соперником стал Адемар Аркон.

– Что ж. Могло быть и хуже. Ингис кажется даже более опасным, чем Аркон. – Бодрился Генрих.

Я покачал головой:

– Вот только в искусстве фехтования мне с ним не тягаться.

– Эй! Не смей опускать руки. – Генрих положил руки мне на плечи. – Уверен, ты что-нибудь придумаешь. Я верю в тебя. МЫ верим в тебя.

Я оглядел суровые лица друзей вокруг. Каждый из них, и, казалось, даже Якон, излучали ободряющую уверенность и веру в победу. И кажется, из-за этой веры, свет во мне немного усилился.

– Спасибо, ребята. В любом случае, отступать некуда.

***

«Ну, вот и нашла коса на камень». – Думал я, глядя через прорезь своего шлема, как в мою сторону, заметно прихрамывая, идет начальник стражи.

Его нога так до конца и не восстановилась после первого тура, что, однако, не помешало ему дойти, как минимум, до полуфинала. Именно этот недуг и советовали мне использовать бывалые рубаки, демонстрируя подходящие приемы, призванные поставить моего противника в максимально неудобное положение.

Но я не обольщался. Я видел, как сражается Аркон и это просто нечто. Если его противником становился воин, Адемар бился играючи, смакуя каждое движение и полностью контролируя ситуацию, хотя против него выходили явно умелые фехтовальщики. Посредственности, вроде меня, сюда просто и не попадали, не пользуясь читерством, вроде божественных явлений.