— Скорую, — заметалась по комнате, ища одежду — нужно вызвать скорую!

Когда они с Русланом подъехали по адресу, где проживали бабушка и внук Соболевы, около подъезда уже стояла машина скорой помощи. Парочка поспешила в квартиру, где врачи констатировали смерть женщины.

— Как так? — Диана до сих пор не понимала, что могло произойти, — ничего не предвещало такого исхода — бросилась она к врачам, те только пожимали плечами.

— Вскрытие покажет, предварительный диагноз остановка сердца.

— Боже мой — всхлипнула девушка и подбежала к мальчику. Гоша забился в угол комнаты, и сидел там, прижав коленки к груди. Диана подхватила его на руки и крепко обняла двумя руками. Мальчик сжал ее шею своими тонкими ручками и положил голову ей на плечо.

— Кем вы приходитесь мальчику? — Начал работу вызванный полицейский.

Вместо запланированной поездки к Розовом, они стояли на кладбище, провожая в последний путь мать и дочь Соболевых.

Оказалось, что Аллу Николаевну настиг удар, когда ей сообщили, что ее дочь убили, Иду нашли задушенной в камере. Соседки Соболевой, закрыли подушкой ее лицо, не давая воздуху поступать в легкие.

Диана понимала, почему эти жестокие женщины так поступили. Ида была красавицей, это сразу бросалось в глаза, выделяло ее среди других зечек, скорее всего ее невзлюбили жительницы барака с первого взгляда. Соболева также отличалась острым язычком, могла оскорбить одну из заключенных, бывшую под защитой мамочки. Последней каплей, в решении убрать Соболеву была информация, о том, что эта осужденная бросила своего ребенка, таких, вообще ненавидели, гнобили и унижали. Возможно, Соболевой повезло, что от нее решили просто избавиться.

Диана тяжело вздыхала, понимая, как круто повернулась ее жизнь. В прошлом, Розову хотела похоронить та, которой сейчас она сыпет кладбищенскую землю на гроб стоящий на дне ямы, выкопанной под могилу.

Гошу не хотели брать на панихиду, но тот твердо сказал, что пойдет провожать любимую бабулю на небеса. В этот момент Ди осознала, что мальчик уже большой, и все понимает, поэтому не стала настаивать, и сейчас малыш стоял рядом и смотрел, как устанавливают надгробья на могилах.

— Пойдем — Розова потянула Георгия за руку, покажу тебе кое — кого.

Она махнула Руслану, чтобы не терял их, и они двинулись по улице обрамленной оградками с двух сторон. Диана остановилась, когда увидела, что они приблизились к мраморной плите, на которой был изображен красивый мужчина, смотрящий тяжелым взглядом с портрета.

— Кто это? — Гоша догадался, что они достигли цели.

— Твой папа — Диана сейчас не так остро реагировала на изображение Константина, время сгладило ее боль, и обиду. Девушка оставила в своем сердце только хорошие воспоминания, связанные с этим мужчиной, и сейчас готова была ими поделиться с его сыном.

— Он тоже на небесах? — спросил мальчик, рассматривая изображение на памятнике.

— Да, вместе с Аллой Николаевной, они буду оберегать тебя, станут твоими ангелами хранителями.

— А мама? — Диана подскочила от неожиданности, Ида же говорила, что отказалась от мальчика, о ком он сейчас спрашивает?

— Мама? — переспросила она.

— Ида, — выстрелил прямо в душу девушки Георгий. — Я знаю, что она моя мама, хоть и просила называть себя по имени, я помню, как она играла со мной, купала и пела мне колыбельную, когда я был совсем маленький.

— Мама тоже с ними, и сейчас они смотрят на нас с небес и хотят, чтобы ты был счастлив.

— Я буду. — Диана заметила, как сильно сжимаются кулаки у Гоши, и как из последних сил мальчишка сдерживается, чтобы не расплакаться. Этот малыш уже сильный духом, что же будет, когда он станет взрослым?

— Папа не любил маму? Поэтому она меня бросила? — Диана растрогалась, ей так захотелось разреветься от щемящего сердце сострадания, но нельзя, нельзя показывать, что Гоша чем — то обделен.

— Я думаю он любил Иду, — стараясь держаться, и утихомирить бешено выпрыгивающее сердце из груди — ведь дети рождаются от любви. — Она верила, что Константин испытывал к Соболевой чувства, ведь не мог он просто так держать постоянную любовницу столько лет.

Диана стояла в общественной столовой, она наблюдала, как проходит поминальный обед, вот уже и сорок дней минуло, со дня смерти Аллы Николаевны. Народу было много, и много хвалебных слов говорилось в сторону женщины, все помнили ее как хорошего, отзывчивого человека.