В ее глазах вспыхивает смесь неуверенности и трепета. Пульс учащается, дыхание тоже. Это длится лишь мгновение, после чего она берет себя в руки и распрямляет плечи.

— Рокко никогда не устанавливает лимит расходов на моей карте. — Она слегка вздергивает подбородок.

— Я не об этом спрашивал.

— Ну, это единственный ответ, который ты получишь.

Я криво усмехаюсь. Никогда не видел, чтобы она так разговаривала с Рокко. Обычно она ведет себя с ним настороженно. Мои размеры обычно настораживают большинство людей, особенно женщин. Они пугаются, когда я нахожусь рядом, неважно, имеется ли для этого реальная причина или нет. Принимая это задание, я как бы ожидал, что Равенна тоже окажется такой. Но не тут-то было. Похоже, Равенна Пизано гораздо сильнее, чем кажется на первый взгляд.

— Что ты делаешь в спа-салоне? Счета, квитанции… Бухгалтерия с Хейзел?

У Равены перехватывает дыхание, но губы остаются плотно сжатыми. Очевидно, что она не хочет давать мне объяснений. Я наклоняюсь вперед, пока едва не касаюсь губами ее уха.

— Ты попросишь меня не рассказывать и об этом твоему мужу? — спрашиваю я.

Когда она поворачивает голову в сторону, наши щеки соприкасаются. Ее пудровый аромат дразнит мои ноздри, побуждая меня вдохнуть полной грудью. Я крепче хватаюсь за стол, подавляя желание прижаться к ее губам. Закрыв глаза, считаю до десяти.

Эта женщина слишком соблазнительна. Миссис Пизано отвлекает внимание, чего мне никак нельзя допустить, но она все равно здесь, ставит под угрозу мое самообладание, даже не догадываясь об этом.

— Мне нужно просить? — шепчет Равенна.

— Нет. Тебе не нужно просить. — Я позволяю себе еще секунду ее прикосновений, затем отступаю. — Мы должны идти.

— Что случилось с твоей рукой, Равенна?

Я вздрагиваю на стуле, чуть не опрокинув тарелку передо мной, и быстро прячу забинтованную руку под стол. Рокко стоит с другой стороны и пристально смотрит на меня.

— Bellissima, я задал тебе вопрос.

— Я… порезалась сегодня утром, когда помогала маме мыть посуду, — лепечу я и жалею об этом, едва слова сорвались с губ. Рокко одержим тем, что думают о нем другие люди. И соответственно обо мне.

— Ты знаешь, что в эти выходные мы собираемся на ужин у моего отца? — ехидно спрашивает он, обходя стол. — Там будут наши деловые партнеры! Ты хочешь, чтобы они подумали, что моя жена выполняет работу по дому?

— Прости. Этого больше не повторится.

Он хватает меня за руку и поднимает со стула. Я хнычу и пытаюсь отодвинуться, но его хватка только крепче.

— Пожалуйста. Ты делаешь мне больно.

— Ты это заслужила. — Он сжимает мою руку сильнее, и я вскрикиваю. — Я никогда не наказываю тебя, если ты этого не заслуживаешь. Ведь так?

— Нет, Рокко.

— Я рад, что мы согласны с этим. — Он наклоняется к моему лицу. — Дзанетти отвезет тебя купить платье для ужина. Убедись, что ты хорошо выбрала, чтобы мои деловые партнеры забыли, что ты дочь уборщицы.

— Утром первым делом пойду, — согласно говорю я.

— После обеда. Дзанетти поедет со мной сегодня вечером как подкрепление, и мы вернемся не раньше утра.

— Подкрепление? — говорю я, затаив дыхание. — Это что-то опасное?

— Ты волнуешься за меня, bellissima?

Волнуюсь за него? Неужели он настолько бредит?

— Ты знаешь, что да. — Ложь.

— Всего лишь простая сделка по наркотикам. А теперь скройся с глаз моих.

Как только он отпускает меня, я выбегаю из столовой. Рокко всегда было легко вывести из себя, но с тех пор, как он взял на себя часть обязанностей Артуро, то стал еще хуже. Пожар в гараже только разжег его агрессивные наклонности.

Зайдя в спальню, я забираюсь в кровать и укрываюсь одеялом. Как бы мне хотелось убить его. Или иметь деньги, чтобы заплатить кому-нибудь, кто сделает это за меня. Часто, когда лежу ночью без сна, представляю, как пробираюсь в спальню Рокко, пока он спит, и поднимаю пистолет, который хранится там в ящике. Я никогда не стреляла из оружия, поэтому, скорее всего, промажу в стену или в пол. И все же мне становится легче, когда представляю, что пуля попадет ему в грудь. Иногда мечтаю, что сжимаю его шею и душу изо всех сил. О, как бы я наслаждалась, глядя на его выпученные глаза, когда он боролся бы за дыхание. Да, я испытываю очень сильные чувства к своему дорогому мужу.

Громкий звон нарушает тишину в комнате, заставляя меня замереть. Только спустя мгновение понимаю, что это. Я беру телефон с тумбочки и смотрю на уведомление на экране.

Новое сообщение.

Я редко их получаю. Рокко установил на мой телефон программу управления устройством, которая позволяет мне общаться только с людьми из списка контактов. И только у него есть пароль, чтобы добавлять контакты или менять разрешения. В течение нескольких месяцев в моем списке было ровно пять номеров. Номер Рокко. Домработницы. И номера трех начальников охраны — по одному на каждую смену. Его самые доверенные люди. Но три недели назад добавился еще один номер.