Сзади раздался нежный женский голосок. Я обернулся. Оказывается, ха мной стояла девушка. Она указывала на кресло рядом.

— Она спрашивает, свободно ли здесь? — перевел Такахаси. — Насколько я знаю, должны прийти еще ваши каратисты. Гости. Поэтому я скажу ей, что…

Я увидел, что девушка симпатичная. Очень даже. Причем, она не одна. За нею с ожиданием стояли и другие. Еще две.

Тут уж, я, конечно не растерялся. И кивнул девушке.

— Конечно, здесь свободно. Садитесь.

Девушки поблагодарили. И сели рядом. Я рассматривал их краем глаза. Одеты интересно.

Та, что села рядом со мной, самая простенькая. Длинная плиссированная юбка. Тельняшка и сверху пиджак. Все кремовое. Прическа высокая и аккуратно подколота черной брошью.

И сбоку и спереди девушка выглядела восхитительно. Черные миндалевидные глазки, алые губки и белая, как сахар, кожа.

Кстати, на тельняшке глубокий вырез. Слишком даже глубокий. Хотя, что поделать. Сексуальная революция.

Вырез позволял увидеть высокую грудь. Вернее, верх молочно-белых полушарий.

Другие две девушки выглядели не хуже. Одна повыше. В платье-свитере с широкими рукавами. И тоже длинный пиджачок.

Вторая в широких дутых брючках из синтетики. И в серебристой плиссированной тунике.

— Ну что, насмотрелся? — холодно спросила девушка по-английски. — И как, понравилось?

Я не стал поспешно отводить взгляд. Посмотрел девушке в черные глаза. Крики и шум в зале вдруг отошли на второй план. Приглушились.

— Ну, а зачем тогда такой вырез? — улыбнулся я. — Если не для того, чтобы мужчины любовались.

Девушка холодно отвернулась.

— Ну, по крайней мере, вы не притворяетесь.

Хм, кажется, что начало не очень. Но я уже видел. Если бы не хотела разговора, вообще не ответила бы.

— Вы пришли посмотреть на родственника? — спросил я. — Или друга? Он будет участвовать в кумитэ?

Девушка продолжала смотреть вперед. Ояма встал из-за столика. Вышел с микрофоном в руке. Но я глядел на девушку.

— Нет, мы просто пришли смотреть, — ответила девушка. — Как парни молотят друг друга. Это увлекательное зрелище.

Такахаси дернул меня за рукав. Но я не обратил внимания.

— Как вас зовут? — спросил я. — Любительница жестоких зрелищ.

Девушка молчала. Ояма заговорил о том, что начинается самый главный турнир по карате. Не только в стране. Но и во всем мире.

Я думал, что знакомство провалилось. Но девушка ответила:

— Я Айко Сирата. А ты кто? И откуда приехал?

Ага, вот оно. Она заинтересовалась, потому что я из другой страны. Поэтому решила познакомиться.

— Меня зовут Виктор Ермолов. Я из СССР.

Сирата посмотрела на меня. С любопытством.

— Вот как? И ты живешь в Москве?

Я кивнул. Девушка отвернулась к подруге. О чем-то зашепталась. Они тихонько засмеялись.

— Немедленно прекратите с ней общаться, — Такахаси зашипел на ухо. — Это очень опасно.

Я обернулся к нему.

— Это еще почему?

Такахаси поправил тугой воротник рубашки.

— Это девушки из цукибан. Уличные подростковые банды. Они связаны с якудза. Очень опасные люди. Преступники. Ее парень наверняка состоит в группировке. И я настоятельно вам не рекомендую…

Девушка коснулась меня. Я снова повернулся.

— А ты сам зачем здесь? — спросила Сирата. — Только не говори, что занимаешься карате.

Я кивнул.

— Конечно, занимаюсь. Или зачем бы я пришел?

Сирата оценивающе осмотрела меня.

— Ну, как сказать, — и слегка улыбнулась. — Да ладно, шучу. Видел бы ты свое лицо. О, смотри, соревнования начались.

И вправду. Ояма давно закончил выступление. За ним кратко высказались еще пару человек. А затем перешли к турниру. Причем, сразу к кумитэ.

Как я понял, фишкой турнира было дикое смешение. Не только стилей и разных видов боевых искусств. Но и весовых категорий. А также опыта и новизны.

Дрались все по очереди. Не так, как у нас. Каждый бой проходил в центре зала. За ним наблюдали все зрители. И смотреть действительно интересно.

Правилами допускается полный жесткий контакт. Разрешены удары руками в лицо. Локтем в голову. Захваты и броски. Удары ногами по голове и корпусу. Подсечки. Добивающий удар на упавшего противника.