— Здесь подковы, — напомнил Хаттори, помечая в семь с половиной росчерков катаны еще одну дверь с «сюрпризом» неприличным словом, которое раньше часто писали на заборах.

Америссис дернула за ручку, чувствуя внутреннее раздражение. За дверью оказался тупик. Открыв еще две наугад — вновь тупик.

— Этот вариант мне нравится больше, — Хаттори почесал подбородок. — Может это квест?! Аноним давал подсказку.

— Кажется знаю! — осенило девушку, и она громко добавила. — Сим-сим откройся!

Все двери резко закрылись с громким хлопком, отчего компания друзей подпрыгнула, нервно вздрогнув. Одновременно с этим погас свет, но через несколько секунд вновь загорелся. Медленно со скрипом открылась одна дверь, будто приглашая.

— Вот так и начинаются все фильмы ужасом, — весело заметил Хаттори.

Америссис первой сделала шаг вперед, но была остановлена.

— Я первым пойду, — Арвин вздохнул. — Из нас всех, вы более ценные игроки и, если я вылечу, будет не так страшно.

— Прости, но вынужден согласиться, — Хаттори снял шляпу, грустно улыбнувшись другу. — Но должен признать, это благородно. Растешь, малыш.

— Сам ты малыш, — огрызнулся пацаненок и вошел в туннель.

Метра через четыре вся компания перешла в другую локацию. Это оказался зал с огромной лестницей, ведущей в потолок, без каких-либо дверей и переходов. По периметру помещения росли удивительные растениz, а по стенам ползли лианы с яркими цветами. В центре зала подле лестницы стоял большой голографический шар. Вокруг него сидели на скамьях люди в черных мантиях со звездами. При появлении пользователей поднялись и зааплодировали.

— Приветствуем! Вы готовы выполнить третий квест? — хором спросили они и только сейчас стало заметно, что это голограммы.

— Аноним не мог не запутать все, — Читер фыркнул. — Что делать?

Но вместо ответа перед всеми игроками возникло новое окно:

Идет загрузка.

Загрузка завершена.

Загрузка завершена.

Командный бой. Хардкор.

Уничтожьте врага!

Америссис посмотрела на автомат в своих руках.

— Серьезно, мультиплеер ухнули?! — Хаттори убрал катану, доставая снайперскую винтовку.

В подкате девушка вынесла двух игроков противоположной команды, пытаясь вспомнить карту. Площадка состояла из нескольких комнат и одного большого холла. Локация называлась библиотека. В холле были и книжные стеллажи, и разрисованный стеклом черный куб, из которого доносилось музыкальное соло, а в одном из угловых шкафов жил пушистый белый кот, который на каждый взрыв утробно мяукал и перебегал между комнатами.

— Прямо в голову! — перезаряжаясь счастливо доложил Хаттори, пока Арвин и Читер прикрывали его, отстреливая надвигающегося врага с двух соседних помещений.

— Голова просто треснула, как арбузная корка! — весело сообщил паренек, пока Америссис ловко перемещалась по локации, зачищая ее от оставшихся противников.

Раунд окончен. Вы дали жару!

Но вместо загрузки следующей катки, вся компания очутилась у подножия пирамиды Хеопса. Погребальный комплекс фараона Хуфу некогда выглядел потрясающим сооружением, а сейчас, как и в заблуждении, остались лишь развалины былой красоты и величия.

— Куда идем мы с Пяточком? — Хаттори окинул окружающий пейзаж скучающим взглядом. Песок. Горы золотистого песка и камней, бывших раньше величественными пирамидами. На общем фоне особенно выделялась массивная золотистая фигура Сфинкса.

— За загадкой, судя по карте, — Читер быстро развернул и свернул сенсорное окно.

Утопая по колено в песке, товарищи шли вперед. Нестерпимая жара особо не беспокоила — «Г.Е.Н.Е.З.И.С. 2.0» сохранял комфортную температуру для организма. Первые несколько сотен метров дались тяжело, но все последующие шаги давались легче и легче. Игроки будто вышли на плотное покрытие, внешне все также выглядящее как песчаная равнина.

Удивительное космическое небо радовало глаз оживающими созвездиями. Так Стрелец постоянно доставал Весы, а Скорпион наблюдал за этим со стороны попивая какой-то напиток из фужера. Изысканная Дева любовалась своим отражением в зеркальце. Лев тихо дремал, привалившись боком к Скорпиону, а Овен бодался с Козерогом.

Выйдя на площадку перед Сфинксом, пользователи замерли, переводя дыхание. Мужское лицо с отломанным носом в традиционном головном уборе фараона имело львиное туловище. Его черные глаза выражали страдание и мольбу — по всей видимости, они молилось какому-то духу.