Датчики всех крупных научных заведений мира просто сошли с ума, когда это произошло. Сразу же после случившегося мировое научное сообщество обратилось к руководству Российской империи с просьбой разрешить отправить на место выброса лучших мировых специалистов в области изучения магии.

Женевский институт стихийных энергетик выдвинул теорию, что подобную мощь могло высвободить лишь появление в нашем мире стихийных аватаров. Что было предсказано учёными ещё в первой половине двадцатого века от Рождества Христова.

А русский провидец Сергий Савдонинский предсказывал, что в 7520 году от сотворения мира в звёздном храме (подписания мирного соглашения между древними славянами (Великой Расой) и древними китайцами (Великим Драконом)), вернётся в мир сила давно утраченная. Придёт человек, который по силе своей будет равен богам и явятся вместе с ним стихийные аватары, что беспрекословно будут подчиняться ему.

Феникс будет представлять огонь. Птица Рух отвечать за воздух. Чёрный дракон будет представлять земляную стихию, а синий водную.

После произошедшего на территории Российской империи многие учёные начали воспринимать слова предсказания за чистую правду.

Однако редакция нашего издания призывает не торопиться с поспешными выводами. Сперва нужно получить и обработать первичную информацию. Сделать её анализ и уже потом строить гипотезы.

Мы должны помнить, что в первую очередь мы учёные и должны верить в силу науки. А существование разумного олицетворения любой из четырёх стихий было опровергнуто ещё в двенадцатом веке. И с тех пор это неоднократно подтверждалось и другими исследованиями.

Но в любом случае мы будем следить, за тем, что происходит в Российской империи. Всё внимание мирового научного сообщества сейчас приковано к происходящим там событиям.

* * *

Российская империя. Нижегородская область. Воскресенский район.

Село Владимирское. Усадьба Велесовых.

Богдан

— Бабушка Ядвига! Бабушка Ядвига! Началось! — ворвавшись в комнату, затараторил Богдашка, младший внучок Ягини. Да так и застыл с открытым ртом, не в силах больше вымолвить ни слова.

Сидела сейчас бабушка в своём любимом кресле. Да вот только была-то, непривычная уже ему старушка-веселушка, что обожала с внуками нянчится, да байки им всякие рассказывать про народец малый, что когда-то вместе с людьми жил.

Одни представители его помогали по хозяйству, от беды могли уберечь или ещё каким способом помочь человеку. А другие, наоборот, пытались напакостить всячески, а порой и вовсе сгубить.

Сидела сейчас в кресле том девушка, что была практически точной копией его матери. А перед ней стоял мужичок, ростиком совсем маленький. Едва ли Богдану до бедра достанет. Да и одет тот мужичок очень странно был. На ногах лапти, которые Богдан в музее видел, когда их с Алёнкой дед Игнат в Новгород возил. Штаны тряпичные, да и кафтан, подвязанный красным поясом.

— Спасибо внучек. Но уже и сама я поняла. Знакомься это Феофан. Пришёл он в домовые к нам проситься. Хочет о хозяйстве заботиться. Возьмём его к себе? — подмигнув Богдану сказала бабушка.

Голос точно её был, хоть и принадлежал этой девушке.

— Молодой хозяин, не пожалеешь. Всё могу по дому делать. А ежели и брата моего Егорку возьмёте, так он и за двором проследит. Скотина всегда сыта и ухожена будет. А хворать и вовсе никогда не станет. — затараторил Феофан, вмиг оказавшись рядом с Богданом.

Мальчик даже вздрогнул, но остался на месте. Слишком любопытно ему было. Выходит, что все рассказы бабушки Ядвиги были правдивыми. Говорил же он Ленке, что правда это, а она смеялась над ним постоянно, называя наивным лопухом.

Теперь он посмотрит, кто из них лопух.

Феофан стоял и ждал ответа, вопрошающе глядя на мальчика. Лицо его было покрыто густой шерстью, словно у кошки. Нос картошкой был слишком велик, а глаза, наоборот, маленькими. Рта Богдан и вовсе не смог заметить под густой шерстью, даже когда говорил Феофан.

— Не томи внучок Феофана, ответь. Домовые они очень нетерпеливые. — произнесла бабушка, поднимаясь со своего кресла.

Сейчас она уже вновь была его любимой бабушкой, вернув себе привычный вид. В руках у неё появилась, трость с которой она никогда не расставалась. Тростью этой начала она чертить что-то прямо на полу. Где касалась трость пола, там оставался след огненный.

— Так дозволишь мне хозяин за домом твоим следить? — напомнил о себе Феофан.

— Дозволю. — еле выдавил из себя Богдан.