Обретя силу, она начала расталкивать людей перед собой. Она уже видела край сцены. Осталось немного. Салют продолжал громыхать, а восторженная толпа взмывала головы вверх и вопила, что было сил.

И тут что-то пошло не так. Музыка прекратилась, а люди резко рванули со своих мест. Лесли была зажата между толстяком с расстегнутой рубашкой, от которого разило потом, и влюбленной парочкой, приклеенной друг к другу как сиамские близнецы. Давление толпы с каждой секундой усиливалось. Лесли не могла шевельнуться.

«Я не успела».

– Спасибо, спасибо! – кричала певица, пока голоса поклонников скандировали её имя.

Лесли почувствовала запах пиротехники. Все закончилось. Люди двигались к выходу с бешеной скоростью и Лесли догадывалась почему. ОНА раздавала желающим автографы.

И Лесли захотела туда. Не за автографом. Помощь. Ей нужна была помощь. Надо только передать конверт. В нем когда-то лучшая подруга прочитает всё, она поймёт. Билет на этот концерт достался ей по чистой случайности. Когда ещё предоставится такой шанс?

Сделав крайне неловкое движение, Лесли застонала от резкой боли в лодыжке. По какой-то непонятной причине несколько человек навалилось сверху, и Лесли не удержалась на ногах. Туфель! Где туфель? Внезапно она почувствовала сильное давление, услышала хруст…

А дальше было всё, как в тумане…

***

Изумрудные глаза отражались в большом овальном зеркале. И это ее глаза. Дивные глаза, которыми восхищался весь этот чертов мир. Глаза, благодаря которым она стала не только знаменитой певицей, но и моделью. Обложка в каталоге «Лореаль» – она рекламировала тушь для ресниц. Но все женщины хотели вовсе не тушь, а ее цвет глаз. Ее агент Доркас потом еще долго не мог забыть, как ему звонили владельцы магазинов оптики и благодарили за успешный вклад в рекламу, так как линзы изумрудного цвета выкупались в сотни раз быстрее, чем тушь «Лореаль».

В гримёрную ворвался Доркас, как всегда размахивая руками, готовый откинуть свою белоснежную челку с лица. Лил Си выпрямилась и стерла с лица отблески недавней грусти.

– Это было потрясающе! – восхваляя ее, Доркас взвел руки к небесам. Для него потолок – не помеха.

Уголки губ Лил Си слегка приподнялись.

– Ты, как всегда, была на высоте! – продолжал Доркас, – Красивая, гибкая, живая! А голос! Такого голоса нет во всем мире и они, – он указал в сторону, где предполагалось, была сцена, – любят тебя, боготворят. Потому что ты – БОГИНЯ!

– Угомонись уже, – с усмешкой остановила она Доркаса. Он был ее агентом уже три года и Лил Си терпела его исключительно за высокий интеллект, любовь к работе и умение поднять настроение.

Чтобы дать понять ему, что устала и хочет остаться одна, Лил Си начала снимать кольца с длинных тонких пальцев. После всех этих металлических штучек они болели так, словно по ним ударили чем-то тяжелым.

– Я не забуду этот концерт, дорогая! – никак не мог угомониться Доркас. – Ни одной ошибки, ни одного промаха…

– Да… я тоже.

Вот теперь Доркас заметил то, что она все это время пыталась спрятать.

– Мне кажется или ты не счастлива? Хммм… – Он постучал пальцем по подбородку. – Это из-за того, что кого-то там увезли на скорой?

– Я просто не могу закрывать глаза на такие вещи, – выпалила Лил Си. Она бросила кольцо на столик, разнеся все тюбики, как мяч для боулинга разносит кегли. – Сколько раз я просила, чтобы позаботились о безопасности. Но все всегда заканчивается одинаково.

– Милая моя девочка, – он взял ее за плечи, – это твои фанаты. Они хотят тебя. И никакая безопасность в мире их не остановит.

Лил Си испустила долгий вздох, похожий на стон, затем потянулась к ремню на белых блестящих шортиках.

– Я хочу переодеться и поесть. Попроси, чтобы подогнали лимузин ко входу. Я еду в ресторан. Одна.

– А как же Ричи?

– А он в студии. – В ее голосе слышалась злоба. – Даже на концерт не приехал. Я поеду одна.

– Как скажешь.

Доркас вышел.

Лил Си оглядела себя еще раз в зеркале: она идеальна. Высокая, стройная и ослепительно белая девушка. Светлые длинные локоны рассыпались по плечам. Прямой нос, чуть-чуть с горбинкой. Чувственные губы, которые еще сохранили блеск. Ей не накладывали тонны грима, как это делалось для многих певиц. Естественная красота Лил Си сама по себе ослепляла. А ничтожное количество косметики лишь слегка выделяло ее внешность.

Концертный костюм состоял из шортиков и топа. А ноги обтягивали высокие черные сапоги. Кукла. Хоть в магазин на прилавок выставляй.

***

В лимузине Лил Си достала из бара вино. И прежде, чем налить немного в бокал, нажала на кнопку, чтобы поднять перегородку, отделяющую ее от водителя.

Она пожелала, чтобы в салоне играла спокойная мелодия без слов. Такая музыка помогала ей думать.

Вот и настал тот момент, когда она начала ненавидеть славу. Ее звездная болезнь продлилась всего год после прорыва, когда первый хит достиг верхних строк хит-парадов. Потом она наслаждалась полученной известностью, тыркала деньги направо и налево и позволяла делать с собой все, что хочется ее агенту. Успешная, яркая Лил Си прославилась, благодаря своим глазам. Потому что не каждому человеку от природы достаётся такой цвет глаз.