Отец говорил, что им, бывшим студентам, в первый день тоже так казалось, а потом ничего, привыкли. Вот и я должен привыкнуть. Привыкнуть и показать пример. А кроме меня, вчера вечером образцы подобных сапог развезли по квартирам Говорова и Шапошникова, завезли в Генеральный штаб и Военное министерство. Этим-то, надеюсь, привезли на размер больше? А иначе захромают мои генералы. Но каждый солдат (а генералы, как говаривал Петр Великий, тоже солдаты) должны стойко переносить все тяготы и лишения воинской службы, включая капризы императора.

А история с кирзовыми сапогами началась не вчера.

Когда мы несколько месяцев назад, когда только-только разгоралась Отечественная война, говорили о необходимости увеличить численность армии до четырех миллионов человек, встал, разумеется, не только вопрос о снабжение провиантом, оружием и боеприпасами, а ещё снаряжением. И вот, на повестку дня встала проблема снабжения армии сапогами.

— Ваше величество, — сказал Говоров, отвечающий за подготовку армии. — Мы просто не в состоянии обеспечить армию сапогами.

— Совершенно верно, — поддакнул Джугашвили. — Сапожные мастерские работают на пределе возможности, но можно открыть дополнительные. Главная проблема с кожей. Поставщики не смогут продавать государству кожу по прежним ценам, потому что придется забить очень много скота.

— С кожей? — удивился я. — А как же кирза?

Господа генералы и присутствующие статские, в высоких чинах с недоумением посмотрели на своего императора. Кажется, слово кирза здесь неизвестно. Как же так? В моей истории кирзовые сапоги стали выпускать… Не помню точно, но ещё до войны. Имею в виду — Великую Отечественную. А так, как я худо-бедно историк, то помню, что керзу (ставшую отчего-то кирзой) изобрели еще до Первой мировой. Если не ошибаюсь, Померанцев. В принципе, самый обычный кожзам, ничего сверхобыкновенного. Берется плотная ткань и пропитывается чем-то водостойким. Чисто технически для России это сделать было несложно.

И для меня большая загадка, почему кирзовые сапоги не появились в русской армии в году так, в четырнадцатом или пятнадцатом? Ведь проблемы с обувью были огромными! Наши союзники по Антанте — англичане с французами, поставляли нам, кроме оружия и обмундирования, еще и обувь. А ведь если бы создали государственную фабрику по производству обуви из кожзаменителя, удалось бы избежать многих проблем. И что же так? Не то косность и консерватизм генералов помешала обеспечить армию дешевой обувью, не то жадность фабрикантов, производящих сапоги для армии? Все могло быть.

Но здесь-то?! В этой России, которая отличается высокой технологичностью, нижние чины и офицеры до сих пор носят кожаную обувь? Ну, предположим, офицеры сами могут себе заказать пару сапог, они так и делают, а солдаты? Этих-то одевают и обувают за счет казны! Это же, кожи не напасешься!

Был у меня даже бредовый план — обратиться к населению. Дескать — помогите фронту! Отдайте сапоги солдату-защитнику. Но идея эта как пришла, так и ушла.

У нас, в Российской империи образца сороковых годов двадцатого века, население стало городским. В деревне живет сорок процентов и сапоги им нужны не для фасона, как раньше, а для обычной работы. А мода нынче на ботинки. Это не прежние времена, когда у справного крестьянина должна быть и рабочая пара сапог, и праздничная. Те, кто победнее, надевали лапти. И не стоит смеяться, говорить об отсталости и убогости. Лапти — обувь экологичная, а для крестьянина, только лыка надрать, да потратить на них час-другой. Сапоги носили по несколько лет, а заказывали, как правило, к женитьбе с двумя парами кожаных галош и надевали их только в праздники. Над бедными заказчиками сапожники потешались: «Сапоги с галошами, а на дворе нет лошади».

Впрочем, что я ещё хочу сказать? Многое зависело и от местности, где жили крестьяне, и от самого крестьянина. Богатые, бедные. Но, насколько я помню, к тридцатым годам двадцатого века лапти уже исчезли из обихода. Моя прабабушка, которую я еще застал живой и бодрой, родившаяся в двадцать пятом году, лаптей не помнит. Мол — у своего деда видела старые, на повити висели, так в них куры яйца носили.

Так что, обращаться к населению, у которого все равно нет сапог, бесполезно. Это во-первых. А во-вторых, если империя не может обеспечить солдат сапогами — стыдно! И мне, как императору, в первую очередь. А сапоги понадобятся не одна пара на человека, минимум две, а то и три.

— Господа, а кто-нибудь из вас слышал о генерале Поморцеве? — поинтересовался я.

— Ваше величество, — с толикой обиды в голосе сказал Говоров. — Все, кто учился в академии Генерального штаба знакомы с работами генерал-майора Поморцева по топографии и аэродинамике.

Вот оно как? А он, оказывается, не только кирзу изобрел, но и написал работы по топографии и аэродинамике? Не знал. А вот мои генералы, похоже, не знакомы с одним из его главных достижений.

— Среди работ Поморцева должна быть и работа, посвященная созданию искусственной кожи, — сообщил я. Переведя взгляд на Шапошникова, спросил:

— Михаил Михайлович, вы ведь тоже заканчивали академию Генерального штаба. А вам, что-то известно?

— Среди моих преподавателей академии был подполковник Сальников, которого генерал-майор Поморцев учил еще в начале века, в Михайловском артиллерийском училище. Сальников нам много рассказывал о своем преподавателе, но никогда не упоминал о работах по созданию искусственной кожи.

Вот те раз. А ведь у немцев, и у французов искусственная кожа уже благополучно создана. А мы-то что? Опять тормозим?