– Просто скажи правду – настаивала Юния.

Медея слышала, как та приподнялась на локтях в порыве эмоций. Не дождавшись ответа, она упала шумно обратно. Беловолосая закрыла глаза. Смысла говорить с соседкой она больше не видела. Та ее все равно не слушала. «Удивительно, как иногда легко люди верят моему вранью и как тяжело доказать этим же людям чистую правду» пролетела усталая мысль в голове Медеи.

По тому как спокойно говорит Юния, беловолосая чувствовала, что та успела растратить весь запал днем. Судя по всему, ссора измотала их обоих. Медея ворочалась всю ночь. Сон долго не приходил.

Разбудил ее яркий свет, включенный соседкой по комнате. Она не пыталась вести себя тихо. Юния нарочно топала ногами, хлопала дверцами шкафа и делала все не способствующее продолжению спокойного отдыха Медеи.

Беловолосая скрыла голову под одеялом и отвернулась к стене, игнорируя все ухищрения соседки, возобновить конфликт с утра пораньше. Долго лежать под ним было душно и нос Медее все же пришлось высунуть. В комнате царила тишина, но девушку что-то настораживало.

Она лежала с закрытыми глазами, пока ее мысли беспокойно бродили по сонному сознанию. Медея поморщила нос. В ее легкие проникал запах гари. В ужасе она распахнула глаза, оборачиваясь на источник огня.

Сердце беловолосой бешено колотилось, пока она всматривалась в Юнию. Та махала рукой над свечкой, что ей купил Нил у предсказателя. Дым от фитиля она направляла в сторону ничего непонимающей Медеи.

– Ты с ума сошла? Что ты творишь? – воскликнула девушка, вжимаясь спиной в стену.

Медее до конца не верилось, что Юния сможет ее поджечь. Но рисковать она не собиралась.

– Предсказатель говорил про конкуренцию – спокойно произнесла медноволосая, приближаясь со свечкой к соседке.

Медея замахала руками, отгоняя ее от себя и воскликнула:

– Он говорил, что ты займешь чье-то место, а значит оно по праву не твое! И вообще он шарлатан и говорил не про меня!

Юния с умиротворенным лицом продолжала направлять дым на сидящую на кровати. Медея закашлялась. Свеча сильно воняла. От ее дыма в горле першило. Беловолосая вскочила с места и пробежала в ванную комнату. Запершись внутри она выдохнула.

Со спальни до нее донесся требовательный голос Юнии:

– Не смей тушить свечу, пока она не догорит! Нужно почистить твою карму.

– Старик говорил про твою карму! – парировала громко Медея, прижавшись ухом к двери.

Сквозь пласт металла она слышала, как ее соседка покинула комнату. Беловолосая высунула голову, проверяя спальное помещение на наличие угроз. Свеча стояла на белой тумбочке Медеи. Огонь слабо горел. От него по небольшому помещению распространялся запах гари.

Девушка закатила глаза. Она затушила потенциальный источник опасности. Случайный пожар в ее планы не входил, а основание свечи не выглядело достаточно устойчивым. Медея не представляла, как объяснить Юнии, что с Кассием у нее ничего нет и что медноволосая сама виновата в том, что он ее бросил. До демонстративного поцелуя Юнии с Нилом Медея не сомневалась, что тощий преподаватель не выдержит и поговорит с ее соседкой по комнате. Но после произошедшего уверенности в этом никакой не было.

Медее лишь оставалось надеяться, что Юния отстанет от нее, но все следующие дни девушку будил вонючий запах свечей, что сделал Хакки. Лежа в кровати она мирно дожидалась, пока Юния закончит «чистить карму».

К выходным нормально разговаривать они так и не начали. В пятницу на Медею вдруг навалилось озарение, что они с Псом не договорились увидеться. Подниматься на поверхность на ближайших выходных она не стала, потому что полиция вызвала ее на допрос.

Нил сообщил Медее, что на шестой и седьмой день он навестит мать. Юния умчалась к отцу на выходные. К Кассию Медея не ходила, боясь подставлять любимого преподавателя еще больше. Девушка одиноко просидела в комнате все выходные, надеясь, что полиция побыстрее покинет территорию академии и перестанет ее подозревать.

Медея, валялась вечером на кровати, бессмысленно глядя в планшет. Ее мысли все возвращались к Псу. «Я его пнула. Попросила убить ради меня мясника и даже не попрощалась нормально. И это после того, как мы вместе похоронили Назира» крутилось в ее голове.

При воспоминаниях о старике ее сердце больно кольнуло. Она упала лицом в подушку. «Пес еще и скорбит там один. Интересно, он сейчас в убежище? А что если он туда никогда не придет? Мы что больше никогда не встретимся?».

Медея стукнула ладонью по постели. «А сам он почему не сказал ничего? Может хотел от меня отделаться побыстрее? Хотя его можно понять, от меня все равно одни проблемы» обреченно думала она.

Внезапный стук в дверь нарушил тяжелую тишину. Медея метнула взгляд на вход. Кто бы там не стоял, но внутри девушки поднималась уверенность гость ей не понравится. На седьмой день недели почти ночью мог прийти только один тип.

Медея поморщилась и обреченно подошла к двери. Спрашивать кто за ней она не стала. За отъехавшей металлической дверью показалось бледное виноватое лицо. Никакой прежней надменности девушка в голубых глазах не видела.

– Пустишь внутрь или будем стоять в проходе? – спросил Лой.