Медея смирившаяся, что останется в воде на непонятное количество времени равнодушно смотрела на лицо блондина. На нем быстро сменялись цвета, из-за колебаний воды, вызванных доказывающим свою правоту Нилом. Желтоглазый активно разминал руки, выдвигая вслух условия спора.

Лой закатил глаза, а затем его брови свелись, пока он приближался к Медее.

– Обязательно все воспринимать в штыки? – тихо спросил он, поднимая ее из воды – могла бы согласиться и оказалась бы на суше на пару минут раньше.

Блондин усадил девушку на бортик. Медея хотела ему сказать, что для того, чтобы она не воспринимала все в штыки, он должен перестать флиртовать с ней. Нил скучающе ждал, когда его соперник вернется. Иногда желтоглазый поглядывал на оставшуюся в одиночестве Юнию. Она посылала ему испепеляющие взгляды, и он быстро отворачивался.

Лой вместо того, чтобы вернутся к ждущему его человеку, вылез из бассейна.

– Не говори, что решил сбежать от позорного проигрыша – весело крикнул ему вслед Нил.

Блондин нажал на кнопку, что находилась у входа в комнату и сразу вернулся.

– Отправим подальше отсюда свидетелей, вдруг я тебя сегодня убью за резкие высказывания – бросил блондин, ухмыляясь.

Пока все ждали непонятно чего, Медея болтала ногами в воде. Нил уплыл к Юнии. Она громко возмущалась на его извинения и иногда поколачивала парня руками. Блондин тихо бухтел, сидя рядом с Медеей:

– Просто наслаждайся. Здесь здорово.

– Ты специально при Юнии сказал про «Калейдоскоп». Знал, что она начнет расспрашивать. Мы ведь с тобой договаривались совсем о другом.

Рынок. Прогулки. Театр в третьем секторе и гостиница рядом с ним. Об этих вещах они условились рассказывать, когда кто-то спрашивал о совместном времяпровождении.

– Ты бы по другому не пошла со мной никуда – парировал блондин.

Его глаза быстро пробежались по мокрой девушке. Медея поежилась, ей казалось, что платье стало прозрачным. Она сложила руки на груди, собираясь сказать парню очевидную для нее вещь. Беловолосая ненавидела, когда ее к чему-либо принуждают. Лой уже с самым невинным взглядом смотрел на воду.

Мысль свою выразить вслух Медея не успела. В помещении возникло две мило улыбающиеся женщины с белоснежными полотенцами в руках. Они пригласили Юнию на массаж и вместе с ней пошли к Медее.

Так как парни остались у бассейна, то беловолосая немного расслабилась, уходя с появившимися женщинами в соседнюю комнату. Массаж вызвал дикий восторг у Юнии. Она комментировала все. Свечи, что стояли в комнате под цветными стеклянными крышками. Запахи масел, которыми девушек натирали массажистки. Медея же лежала на кушетке, словно камень.

«Я должна радоваться. Все же нормально. Многие бы хотели тут лежать вместо меня» с этими мыслями она все время косилась на закрытую дверь. Переживая, что в любой момент к ним может ворваться Лой.

Так и не расслабившись и под веселую болтовню Юнии, Медея одевалась.

– Идеальная жизнь – натягивая на размятое тело, не успевшее полностью высохнуть, платье воодушевленно сказала Юния – я могла бы так проводить каждый день.

– Ты час назад говорила, что это место смерти и хотела, чтобы парни утонули – напомнила Медея, не разделяя ее восторга.

– Если все оплачено, то пусть тонут – с этими словами медноволосая вернулась в соседнюю комнату.

Медея плелась следом, не зная куда себя деть. Ей хотелось уйти.

Юния остановилась у самого края бассейна и крикнула в сторону парней, которые активно что-то обсуждали:

– Я согласна на твое предложение!

Нил с довольным лицом подплыл к ждущей его девушке и протянул мускулистые руки вверх.

– Тогда прыгай.

Она думала пару секунд, а затем бросила:

– Если дашь мне утонуть, то даже не знаю что я с тобой сделаю.

После Юния упала в воду. Нил не успел ее поймать, потому что прыгнула та слишком слабо. Однако, спустя мгновение он ее все же достал. Она нахлебалась воды, но выглядела радостной. Желтоглазый придерживал ее и объяснял, как нужно двигать руками и ногами, чтобы оставаться на поверхности.

Медея смотрела на двух наслаждающихся жизнью людей и завидовала. Брызги летели от машущей руками Юнии. Вода двигалась и цветные блики, поднимающиеся со дна, переливались на ее довольном лице. Сосредоточенный на деле Нил повторял одно и то же вновь и вновь, пока у девушки не начало получаться, хотя бы не топить саму себя. Медея завороженно наблюдала за чужим счастьем, пусть то и было мимолетным.