– Нет. А ты ждешь кого-то конкретного? – хриплым голосом поинтересовалась пожилая женщина – надеюсь, не такого непутевого, как твой отец

Кларисса была единственной, кому Медея могла простить подобные высказывания. Еще при жизни Фейта эти двое часто устраивали словесные перепалки. В основном потому, что отец все время забывал про дату оплаты, за что владелица притона могла позволить себе покрыть его отборными ругательствами. Сейчас слова Клариссы вызывали в Медее ностальгическую грусть.

Послав проститутке милую искреннюю улыбку, девушка скрылась за дверью своего штаба. Приятный запах, идущий от горной породы, успокаивал Медею. Началась привычная рутина сборов. Черный защитный костюм со множеством карманов с распиханной по ним мелочевкой. Три пневматических пистолета. Два на поясе. Один в высоком грубом ботинке. Нож в другом.

Хитиновая броня на грудь поверх черного костюма. Плоская фляжка с водой на спине из того же материала. Шлем с темным стеклом, идеально скрывающий лицо владельца. У рта плотный пластиковый каркас с металлическими усилениями. Сбоку находился маленький генератор кислорода, прикрытый защитной пластиной.

Эта изобретенная сорок лет назад, вещь облегчила не только прогулки на поверхности, но и снизила нужду Парвуса в зеленых плантациях, что позволило сильно расширить территорию города. Бывший правитель начал выискивать и забирать под землю людей с поверхности.

Самых сильных, умных, талантливых. Селили тех в четвертом секторе. Их физическая сила превосходила людей с Парвуса, поэтому среди апперов и полиции стали появляться желтоглазые. Многие из этих людей были рады иметь возможность жить в относительно комфортных условиях, кого-то забирали еще детьми, не спрашивая.

Преступников же массово выгоняли во Внешний город. Раньше это считалось негуманным, но с появлением генератора законы изменились. Было установлено, что жизни их опасность не угрожает.

Хотя многие, кто проживал на поверхности, с этим скорее всего бы не согласились. Променять тесную комнатушку подземной тюрьмы на почти постоянное ношение защитного костюма, такое себе удовольствие.

Чтобы сделать свои условия для жизни хоть сколько-нибудь сносными, обитатели поверхности, родившиеся там или попавшие туда другим образом, строили дома, толстые стены которых не пропускали лучи палящего солнца. Суровая погода сменялась то жарой, то редкими, но внезапным заморозками. Предугадать когда, что произойдет было сложно.

Если технологии Парвуса отталкивались от того, что жителям оставили основатели, то на поверхности развития почти не происходило. Чаще всего местные промышляли воровством или копированием того, что получалось украсть у выходцев с подземного города.

Медея нажала на кнопку с правой стороны у основания шлема и тот сложился образуя толстый ободок на вороте защитного костюма. Накинув плащ девушка уверенным шагом выдвинулась к заброшенной шахте, где обосновался проводник.

Проводники, словно кроты, рыли туннели, ведущие с Парвуса на поверхность. Обычно для мест своей деятельности они выбирали бывшие месторождения полезных ископаемых. Как только весь материал оттуда добывался, туннели забрасывались.

Полиция и апперы то и дело ловили решивших подзаработать таким образом людей и заваливали пути, ведущие на поверхность. Но бизнес есть бизнес. Спрос рождал предложение. Проводники перемещались на новую точку и начинали рыть заново.

У подхода к шахте Медея закрыла свое лицо и нажала на кнопку генератора кислорода с левой стороны.

На звук приближающихся шагов проводник отреагировал тем же. Раскрывать личности в подобных делах было опасно. Обычное спокойствие, царившее в душе Медеи перед выходом на поверхность, разрушалось хрустом камушков под ее тяжелыми ботинками. Проводник отлепился от скалы, на которую опирался, и хрипло протянул:

– Добрый денек, сегодня поздновато.

Свои слова он сопроводил беспокойным оглядыванием по сторонам. Медея сощурилась с подозрением. Выглядел проводник нервным. Все последние вылазки она совершала с его помощью и вроде человек он был надежный, настолько на сколько можно было рассуждать о бывалом преступнике.

Одинаковые механические голоса доносившиеся из шлемов не позволяли угадать точную интонацию говорившего. В обычной жизни девушка могла ориентироваться в каком настрое собеседник по его голосу, но в масках приходилось больше доверять интуиции.

– Поднимешься со мной – сказала Медея, прикладывая руку к пистолету, висящему на бедре.

Сопровождение вместе с клиентами было обычной практикой у проводников. Иначе как удостовериться, что лифт точно довезет тебя до нужного места?

– Я думал, мы с тобой давно прошли этот уровень отношений. Как никак год уже вместе работаем – парировал мужчина.

Медея, достав пистолет, направила тот на вход в пещеру, призывая говорившего зайти внутрь. Он поднял руки вверх в примирительном жесте и скрылся из виду, шмыгнув за скалу скрывающую тайный ход.