Вперемешку с правдой ложь срывалась с уст Медеи складным потоком, без единой запинки.

– Следящий за тобой человек сказал, что ты часто поднималась на поверхность. Неужели совсем ничего не узнала?

Девушка понимала, что этот кто-то до дома Назира ни разу не дошел, потому что иначе на стрика бы уже устроили охоту. Скорее всего Грязный говорил о ком-то, кто мог следить за ней на территории Внешнего города, но не за его пределами. В пустыне при постоянных передвижениях слежку не заметить было бы сложно. Поэтому Медея произнесла уверенно:

– Говорил, что в городе бунты участились из-за воды.

– Хочешь сказать изобретатель живет на поверхности? – уточнил Грязный.

– Не знаю – мотнув головой сообщила Медея, ей и самой хотелось узнать, где Пес живет.

Дальнейшие расспросы Крысьего короля ни к чему не привели, девушка все чаще пожимала плечами. Сдавшись Грязный, откинулся на спинку дивана, долго изучая темную стену прямо перед собой. Медея ждала, пока тот ее отпустит, но ничего не происходило, словно главарь банды забыл про нее.

– А как ты понял, что здоровяк женщин не убивает? Если ты о нем ничего не узнал, то судя по всему, никто из твоих людей не пережил встречу с ним.

Услышав рядом с собой голос Грязный вернулся из раздумий.

– Два человека выжили. Обе женщины. Изобретатель ранил одну из них в плечо, она как и ты поднималась на поверхность в мужском костюме. Подробно расспросив ее я сделал вывод, что тот ее не добил, когда услышал женский голос, через дыру в костюме. А другая не скрывала того, что женщина.

– Ты не был уверен, что он не убивает женщин, отправляя меня на здание? – округляя возмущенно глаза, воскликнула Медея, осознавая в какой опасности она находилась все это время.

Крысий король проигнорировал вопрос.

– В любом случае, ты отлично справилась. Принесла пластину и уложилась в срок – зеленые пронзительные глаза уперлись в беловолосую девушку – что насчет работы?

Она от неожиданной перемены темы вздрогнула. «Интересно, могу ли я отказаться?» пронеслось в ее голове.

– Нет – выпалила Медея, резче, чем собиралась и поспешила добавить – но спасибо за предложение.

Уголки губ Грязного приподнялись выше.

– Через пару лет, когда ты, как и отец разочаруешься во власти цитадели, помни, в моей банде, всегда есть место талантливым людям.

Медея вздрогнула при упоминании отца. Она с трудом сдержала себя, чтобы не начать расспрашивать, что Крысий король имеет ввиду. Бледная жилистая рука указала на дверь.

– Можешь идти – протянул Грязный, лукаво улыбаясь – как будешь готова работать на меня представься звездочкой на входе в этот бордель.

Девушка с недоверием покосилась на закрытую дверь. «Подозрительно легко отпускает. Неужели он действительно заинтересован, чтобы я работала у него?» пролетела тревожная мысль в ее сознании.

Не дожидаясь, пока Крысий король передумает, Медея заставила себя встать и подойти к выходу. Она надеялась, что больше ей никогда не придется видеться с главарем банды, поэтому одолеваемая любопытством, все же рискнула спросить:

– Почему у тебя прозвище Грязный?

Медея обернулась на сидящего на диване мужчину. На секунду ей показалось, что тот напрягся, однако он совершенно спокойно ответил, продолжая улыбаться:

– Мать называла меня так.

В полупустой аудитории сидели только новички в идеальной белой форме. Длинные столы ступеньками шли вверх от преподавателя. Седой мужчина с безразличным лицом рассказывал историю Парвуса.

Медея хмурилась с каждой минутой все больше. Помимо того, что говоривший был нудным, все озвученное им девушка уже знала. Ей нужны были новые знания, а не те, что она получила от отца в процессе будничных бесед.

Сам факт того, что отец умудрился запихнуть в голову Медеи столько информации начал ее напрягать. Конечно, она помнила не все, что говорил Фейт, но многое. Тот, словно нарочно вкладывал в ее мозг учебную программу, от этой мысли девушка поежилась.

«Отец не хотел, чтобы я выросла тупой, в этом все дело. Он же не знал, что умрет, а меня вернут к матери и мне придется слушать все по новой» успокаивал ее внутренний голос. «Дважды слушать одно и то же! Раздражает!» от внезапно пролетевшей мысли Медея хлопнула со злости по столу. «Бесполезная трата времени!» ругалась она мысленно на отца, что тот испортил ей все наслаждение от процесса обучения.