— Порфирородная, — вновь сказал Ульрих обращаясь ко мне, — Его преосвященство, епископ Эзельский, Иоган III.

Ага ещё один епископ-князь. С этим тоже всё понятно. Кивнула ему и мы по улыбались друг другу. Ему говорить насчёт епископа-князя не стала, но он уже слышал, как я говорила Кристиану, его коллеге. Ульрих продолжил:

— Ваше Императорское Высочество, Его преосвященство, епископ Курляндский Генрих II Базедов. Его преосвященство, епископ Ревеля Иоханнес Бланкенфельд. Его преосвященство, епископ Озель-Викский Иоганн III Органы.

Со всеми раскланялась. Улыбались друг другу. Потом пошли серьёзные дяди из немецких магнатов. Первым ко мне подошёл старик, лет под 70. Но держался бодрячком. В церемониальных латах.

— Принцесса, князь Ангальт-Дессау Эрнст Ангальтский, представитель одного из самых древних родов Европы Асканиев. История рода Асканиев насчитывает почти тысячу лет.

— Я польщена, князь, тем, что Вы, не смотря на свой возраст прибыли лично, чтобы встретиться со мной. — Протянула ему руку в перчатке. Он склонился и поцеловал мне тыльную сторону ладони.

— Это я польщён, Ваше Высочество, и счастлив, что на закате своей жизни я увидел прямых потомков легендарного рода. И ещё более счастлив, что этим потомком является молодая, красивая, умная и решительная женщина. Всё верно, другими потомки Зигфрида и Брунхильды быть не могут. — Всё ещё держа мою ладонь в своих, он спросил: — Ваше высочество, я слышал, что и Ваша Багрянородная сестра, тоже прибыла?

— Да, князь. Елена тоже здесь. — В этот момент к нам присоединилась и моя подруга-сестра. — Князь, Её Высочество принцесса Елена. — Ленка посмотрела на меня вопросительно. — Елена поприветствуй князя Эрнста Ангальсткого. — Елена сделала легкий реверанс. Протянула ему правую ладошку.

— Замечательно. — Проговорил князь, целуя её руку. — Принцесса, я в восторге. Извините старика.

— Ну что Вы, князь, какой же Вы старик? Я думаю, что Вы ещё дадите форы любому молодому рыцарю. — Вокруг засмеялись. Ленка мило улыбалась князю. Он тоже усмехнулся.

— Увы, Ваше Высочество, но моя золотая юность уже давно канула в лету. Это печально, но с этим ничего поделать нельзя, такова жизнь. О Вас принцесса в Европе идут самые разные слухи. И если о Вашей старшей сестре известно многое, то о Вас практически совсем ничего. Но я очень рад, что увидел Вас и что могу общаться с Вами.

К нам подошёл молодой мужчина, так же в церемониальных богатых доспехах. На вид ему было 20–22 года. Симпатичный. Высокий, хорошо сложенный. Он во все глаза смотрел сначала на меня, потом на Елену.

— Ваши Высочества, — Ульрих представил нам с Еленой этого молодого рыцаря, — позвольте представить, герцог Баварский Вильгельм IV из династии Виттельсбахов.

— Ваши Высочества. — Юноша выполнил приветствие в свойственной европейскому дворянству манере. Попрыгал.

— Герцог. — Не сговариваясь с Еленой выполнили манипуляции сложенными веерами, которые были у нас в руках и легкий кивок головы. Он опять попрыгал, мы вновь ответили. Потом он облобызал наши с Еленой руки. Смотрел на нас, особенно на меня с восторгом.

— Герцог, Вы так на меня смотрите, словно увидели чудо! — Пошутила я.

— Ваше Высочество, я счастлив видеть Вас. Смотрю сейчас и не могу поверить, что Вы разгромили имперские войска!

— Разгромила не я, а князь Воротынский. Он командовал армией.

— Ваше Высочество, но все знают, что фактически, это Ваша победа. А год назад, Вы нанесли поражение богомерзким османам. Причём их армия в два или в три раза превышала Вашу.

Я не стала уточнять, что осман было 10 тысяч, а остальное это татары Менгли Герая. Улыбнулась герцогу.

— У них было 50 тысяч, а у меня еле набралось 15 тысяч. Но, мой друг, — я погладила молодого герцога по плечу, — как сказал один великий полководец древности, мой тёзка, Александр Македонский, воюют не числом, а умением. — Конечно, сказал это не Македонский, а Суворов, но Суворов ещё не родился. Кстати, его тоже звали Александром, так что какая разница? — В конце концов, в его битве с персидским царём Дарием, у Македонского было 40 тысяч войска, а у персов 200 тысяч. Перевес сил в пять раз больше. Но Александр разгромил тогда Дария на голову.

— Битва при Гавгамелах — Выдохнул Вильгельм. Я кивнула.

— Совершенно, верно. Многие мыслители древности и нашего времени говорят, что эта битва и то, как её провёл Александр, являют пример выдающегося военного искусства. Но я в битве с османами использовала другой образец великолепной тактики. Не полностью, конечно, но что-то взяла оттуда. Это битва при Каннах, которая произошла спустя сто лет после битвы при Гавгамелах. Герцог, Вы знаете, что это за битва?

— Ганнибал Карфагенский против легионов Рима под командованием Гая Варрона.