Грифон и Моргис переглянулись.

— Извините… — обратился птицелев к фигуре в маске. — Вы, кажется, нас знаете — по крайней мере, вы не спросили наших имен, — но мы не знаем вас.

— Прошу прощения. Я — Хаггерт. — Он встал, осторожно придерживая маску. — Справа от меня — Мрин-Амрин, а слева — Тройя. Впрочем, — добавил он не без лукавства, — с ней вы уже знакомы.

Грифон сделал глубокий вдох:

— Если я правильно помню, вы — Повелители Стражи? Все четверо?

Он был готов поклясться, что лицо под маской нахмурилось:

— Вы не вполне правы. Мрин-Амрин и я действительно Повелители Стражи, Тройя — нет.

— Я — просто Страж, — промурлыкала женщина, но тон ее выражал прямо противоположное.

— Между прочим, нас тут трое! — выкрикнули близнецы. — Хаггерт, Тройя и я!

Моргис зашипел. Грифон уставился на двух Повелителей Стражи, одинаковых, как две капли воды. Он готов был поверить, что это и вправду один человек. Может быть, в Землях Мечты человек может находиться в двух местах одновременно?

— Спокойней, мой друг, — обратился Хаггерт к раздвоенному существу. — Вы ведь знаете, как мы, Стражники, выглядим в глазах других. — Он снова повернулся к «гостям». — Наша сущность изменилась. Мрин-Амрин очень гордился своей яркой индивидуальностью; теперь он утратил ее — люди видят его как двух человек одновременно. Сам я часто распоряжался другими благодаря одной лишь своей неотразимой внешности. Мои решения не всегда были продуманы — я ведь знал, что и так без труда смогу склонить людей на свою сторону. Теперь же я должен рассчитывать только на свой разум, если не хочу разрушить все, что создал. — Хаггерт в волнении теребил краешек маски.

— Все мы что-то утратили, защищая нашу землю, — добавила Тройя, — хотя кому-то это может и не понравиться. — Она зазывно улыбнулась Грифону.

— Понимаю, — ответил он. Моргис промолчал.

— Давайте-ка лучше поговорим об этой парочке, — хором сказал Мрин-Амрин. Оба его тела подняли правую руку и ткнули указательными пальцами в Грифона и Моргиса. — Узнаем всю правду об этом гибриде — этом уроде…

Грифон вздрогнул — ненависть, прозвучавшая в этих словах, живо напомнила ему Д'Шая:

— Меня осуждают за то, что я — это я? Если так, то я желаю знать, почему.

Хаггерту и даже Тройе явно не понравилось поведение Мрина-Амрина. Страж в маске осторожно покачал головой:

— Простите и постарайтесь понять. В последнее время мы оказались в очень трудном положении. Существа, о которых лучше вслух не говорить, начали поднимать свои мерзкие головы. К вам это вовсе не имеет отношения. Не правда ли, Мрин-Амрин?

Четыре многогранных глаза слегка затуманились:

— Мои извинения. Это было неуместно.

— Итак, дальше. Мы встретились, чтобы найти ответ на один вопрос: кто вы и откуда взялись. — Хаггерт сунул руку в карман и извлек оттуда крохотный свисток. Глаза Грифона округлились; он стал судорожно шарить в собственных карманах. Там было пусто. Это был его последний свисток! Грива на его затылке встала дыбом, из горла вырвался грозный рык. В этот миг Грифон был больше похож на разъяренного льва, чем на хищную птицу.

Тройя отреагировала мгновенно и очень похоже: одним стремительным кошачьим прыжком она подскочила к Грифону и впилась в него острыми когтями. Как ни странно, но вместе с болью птицелев испытал сильное волнение. Эта женщина снова стала желанна ему, еще сильней, чем в прежнюю встречу.

— Прекратить! Вы, оба! — Хаггерт вскочил на ноги и быстрым, ловким движением бросил свисток Грифону. Тот поймал его одной когтистой лапой, другой удерживая на расстоянии женщину-кошку.

— Я сказал, прекратить!

Хаггерт рывком поднял маску. Мрин-Амрин, зная, чего ожидать, успел отвернуться. Грифон, Моргис и Тройя, застигнутые врасплох, застыли, ошеломленные тем, что скрывалось под маской Повелителя Стражи.

Ни птицелев, ни дракон не смогли бы потом описать лицо Хаггерта; они помнили только, что увиденное ими грозило неминуемой потерей рассудка. На нелюдей, однако, это не подействовало вовсе, что никого не удивило. К счастью, Хаггерт почти мгновенно опустил маску и подождал, пока троица оправится от потрясения. То, что он сделал, было ему ненавистно и так же отвратительно, как остальным, — но иного выхода он не видел….

Временами ноша Стража становилась поистине невыносима…

— Еще раз прошу прощения. Я должен был это предвидеть — зная, что происходит со Стражами, когда их талисманы попадают в чужие руки…

Грифон прервал его резким взмахом руки:

— Мы ходим вокруг да около. Это мучительно для меня. Я сам хочу задать вам несколько вопросов, и первый из них такой: кто-нибудь из вас знает меня?

Все трое — или четверо, если брать в расчет раздвоенного Мрина-Амрина, — покачали головами. Хаггерт произнес:

— Мы надеялись, что вы сами поможете нам раскрыть тайну вашего существа. Вы — один из Стражей Земель Мечты, это очевидно. Вопрос в том, кто и когда?

— Кто и когда?

Повелитель Стражи вздохнул:

— Вам известно название этого места — Сирвэк Дрэгот?

Грифон кивнул, глаза его сверкали:

— Я должен его знать, но подтвердить это — значит открыть еще одну дверцу в моем сознании.

— Понимаю: вы помните совсем мало. Я объясню подробней. Арамиты, или волки-рейдеры, ошибочно полагают, будто мы — хозяева Сирвэка Дрэгота. Под этим они подразумевают, что мы правим им.