Попыталась представить, какими размерами должен быть этот супер герой, чтобы смог бы покачать боксёра. Жесть.

Мы поднялись в спальню, причём Андрей как тюремный надзиратель строго шёл следом за мной, едва не дыша мне в затылок.

— Располагайся, я скоро.

Обернулась на пороге ванной комнаты, но мужчина, ловко кинув запонки на столик в углу спальни, уже развернулся на выход.

Я видела, как он расстегнул рубашку, и даже успела захватить оголенный разворот мощных плеч, прежде, чем Андрей скрылся в коридоре.

И снова эти мурашки. Вот с чего бы?!

Надо спать, Азалия!

И верная своим мыслям я потопала в ванную. После быстрого душа натянула на себя самую длинную футболку, которую смогла найти в чемодане. Все красивые пеньюары и кружевные ночные сорочки, что являлись обязательными атрибутами у Адама, остались у него же в квартире. Я уже давно таким не баловалась в силу своего круглого состояния.

Очнувшись от прошлого, что никогда не вернуть, буквально нырнула в постель, укрывшись одеялом под самый подбородок и принялась ждать.

Чего?! Его «я скоро» до сих пор звенит в ушах. Зачем он должен вернуться? Да ещё и скоро?! А про какой должок он говорил, когда меня нашёл?

И вот тут начинается самое страшное. Я ведь не знаю, чего теперь можно ожидать от Царёва.

Ведь я всё случайно! И рвота, и побег, и даже когда едва не покалечила звезду бокса чемоданом. Ужас-то какой! Мне бы в противном случае спортивная лига штраф миллионный выписала или и того хуже?! Из верхушки правления страны? Ведь он, кажется, и за страну выступает.

Время шло, Андрея не было, и страх отпускал. Да сдалась ему беременная истеричка! Вон, пока я плескалась в душе, он мой рюкзак занёс и вежливо поставил у кровати. Мол, нам ничего от вас не надо.

А мне выходит что-то надо?! Совсем запутавшись в собственных чувствах, я окончательно расстроилась. Нашла в вещах свой мобильный и почти час провела в интернете, изучая краткую биографию мужа. Так сказать, знакомилась.

И если с данными о его личной жизни было сухо: родился и учился там-то, семья неполная, только мама, ещё жива, и куча каких-то титулов и званий по его спортивной карьере, зато фотографий из рекламы и с боев просто на выбор. Причём из них девяносто процентов — с голыми торсами, и как бы я не пыталась убедить себя, что рассматриваю Царёва только с эстетической точки зрения и для факта ознакомления, но дыхание всё равно сбилось, а во всём теле появилось томление.

Теперь, кажется, я начинаю понимать, о чём именно толковали мне девочки с работы, когда как-то в обеденный перерыв обсуждали фотографии неких австралийских пожарных и томно дышали. Я отбрыкивалась смотреть на эту «пошлятину», а девчонки сказали, что я пушкинская барышня и застряла не в том веке. Короче, простым языком, я — отстала.

Да кто же знал, что теперь мне придётся жить с ходячим тестостероном. Господи, наверное, у меня сейчас такой же дикий взгляд похотливой самки. В течке.

От стыда перед самой собой, резко выключила мобильный, чтобы развидеть полуголого Царёва.

— Всё, моя мышка, будем просто спать. Нам с тобой полезно.

Погладила свой животик, что, видимо, мирно сопел в отличии от своей нервной мамочки.

Нужно просто начать новый день. И всё образуется. Вот уверена!

Глава 13

Азалия

Новый день настал, а вот образовалась только я, по-хозяйски сложившая все четыре конечности на Царёва, который спал рядом со мной.

Чувство стыда заполнило меня от пальцев ног до кончиков волос.Я даже пошевелиться не могла. Только и удосужилась сдавленно хрюкнуть от конфуза. Обычные люди хрюкают, когда смеются, а я от шока.

— И тебе доброе утро, Лисичка.

Он не спал. Чёрт!

Андрей повернул голову и легко открыл глаза. Бодрый взгляд уставился в упор на меня. Очень близко, что видно чёрные вкрапления в шоколадной радужке.

Я снова задохнулась от новой порции волнения, аж щёки зажгло углями. Но, слава богу, это сдвинуло меня с места. Осторожно стащила руки и ноги с мужского полуголого тела.

Интересно, если я попрошу Царёва носить побольше одежды, это будет нормальная просьба?

— Извини, пожалуйста. Я думала, что… — Господи, а что я думала?! — Что ты моя подушка для беременных.

— Неужто похож?

— Ну да. Она такая же большая и… мягкая.

— А я, значит, мягкий?

Святая Мария! Что я несу! В каком месте этот мужчина мягкий?! У него даже характер жёсткий, а про тело я вообще молчу. Сплошные каменные мышцы.

— Ну -у, местами, — неопределённо тяну я, пытаясь соскочить с дурацкой темы.