– Еще трудно сказать, каким добрым он будет.

– Вы о соревнованиях?
– с тревогой спросила Ольга Андреевна.

– Нет, прежде всего о погоде.

Снова зазвонил колокол, чисто и мелодично.

– Ольга говорит, что ваш колокол словно хрустальный, - сказал Илья Андреевич.

– Это склянки рынды первосортной меди в сплаве с серебром. Да, с серебром! И знаете, что там написано, на ободе у этого колокола? Там написано старославянской вязью: "Ищите да обрящете!" - Дядя Миша рассмеялся.

– Старославянской? Значит, это сейчас у вас благовест для богов?

– Для богов здоровья и силы, для молодых богов спорта для, таких, как ваш Юрий!

– Ищите да обрящете!
– с задумчивой улыбкой сказал Илья Андреевич.
– Не все ли равно, кто это сказал и вязью или как там еще написано. Одно и то же кто ищет, тот всегда найдет! А Юрий искал и "Диану" нашел!

– "Диана" хороша, - отозвался капитан гавани.

На какое-то время Ольга Андреевна забыла о своей многолетней душевной боли. При виде дяди Миши она всегда чувствовала себя хорошо и спокойно. Он был добрым, общительным и веселым человеком.

Новый пятиэтажный дом на набережной, где жили мать и сын Вишняковы, был заселен недавно. Сюда переехал и дядя Миша Кукин, которого Ольга Андреевна знала и раньше. Кукиь много лет плавал боцманом на одном судне с ее мужем, капитаном дальнего плавания Вишняковым.

Но мужа нет, давно нет. Остался Юрий. Ему уже двадцать два года, и он никогда не видел отца.

– Вы надеетесь на Юру?
– спросила Ольга Андреевна.
– Ведь в прошлом году он проиграл и очень переживал...

– Проиграл, - подтвердил Кукин.
– Но все-таки за ним осталось второе место. Теперь он должен выиграть. Должен!

Кукин озабоченно оглядел небо.

– Барометр падает, резко падает, - сказал он.
– Только бы они успели финишировать до шквала.

– А шквал будет? И сильный?..

– Только сейчас сообщили, что ожидается очень сильный Циклон. Ветер уже отошел. Видите, что там творится!

Действительно, на северо-западе, над противоположным берегом, угрожающе поднималась и ширилась гнетуще-мрачная тучевая громада.

Дядя Миша извинился и ушел, как он сам сказал, готовиться к обороне яхт-клуба от шторма.

Ольга Андреевна видела, как капитан гавани попутно перекинулся несколькими словами с девушкой, тоже стоявшей у парапета. Эту девушку она знала, ее звали Людмила Багрянцева, о ней Ольга Андреевна думала, разговаривая с братом.

По-видимому, Кукин и девушка говорили о предстоящем шторме, потому что дядя Миша показывал рукой на северо-запад. К Ольге Андреевне снова подступила щемящая душу тревога. Девушка напряженно вглядывалась в даль реки, туда, откуда должны были появиться яхты. У ее ног никелированными застежками поблескивал маленький чемоданчик, какие спортсмены обычно берут на соревнования и тренировки.

У девушки была сильная фигура спортсменки. Такие всегда спокойны и уверены в движениях, в походке, в разговоре. Но Людмила сегодня волновалась, она даже страшилась. Ей, метеорологу-наблюдателю, больше, чем кому-либо другому, было известно, что припрятывала у себя за пазухой эта все разрастающаяся на северо-западе коварная тяжелая туча.

Изредка девушка беспокойно посматривала в сторону Ольги Андреевны. Чем она виновата перед этой красивой женщиной, матерью Юрия?..

Они думали друг о друге, думали о человеке, которого любили, и старались не встречаться взглядами.

Затрещал, защелкал репродуктор. Послышался странный для жаркой погоды деревянно-простуженный голос:

– Внимание! Внимание... С дистанции сообщают: в первой гонке яхт класса "Дракон" сейчас лидирует яхтсмен первой категории Юрий Вишняков...

Ольга Андреевна сжала локоть брата, и он, радуясь за успех своего любимца, на какое-то время забыл обо всем другом. Забыл, но только на время...

Хотя над управлением порта уже были подняты штормовые сигналы, солнце, еще вовсю сияло1 и баюкало бдительность многих ничего не подозревающих посетителей яхт-клуба.

А барометр продолжал катастрофически падать, предвещав городу недоброе.

– -

На белом борту лазурью - цветом неба и моря - выведено "Диана". Дано ли название легкой стреловидной яхте в честь богини охоты или в честь более поздней жительницы Земли, об этом в официальном мерительном свидетельстве яхты ничего не говорится. Рулевой Вишняков и его дядя инженер Рябов, который участвовал в постройке яхты, иногда почему-то называют ее "Любушкой". А спортсмены и болельщики паруса говорят: "Летит "Белое крыло!" или "Вон возвращается вишняковское крылышко!"