Тихие капли скатились по щекам.

— Нет! — он обнял ее со спины и прижал к себе. — Я люблю тебя! Как ты не понимаешь?

Она с опущенными руками жмурилась, закусывая губу, пока по щекам уже лился целый ручей из слез. Душу разрывало на осколки. Связывающая их нить медленно рвалась…

— Ты любишь не меня, — с паузами от слез сказала Лея.

— Что за глупости? — парень прижимался щекой к её макушке, пока та брыкалась, пытаясь вырваться.

— Нет, Маркус! — освободившись из объятий, Лея повернулась к нему с раскрасневшимся лицом вся в слезах.

Она открыла телефон и быстро нашла то фото из аккаунта блондинки.

— Вот кого ты любишь! — Лея показала ему экран.

Маркус перевел взгляд с неё на экран мобильного. Слегка приоткрывшийся рот сразу закрылся, он сам стал рассматривать фото, будто видел его впервые.

— Лея…

— Ты встречался со мной, потому вы расстались?

В ответ тишина.

— Маркус, я жду, — шмыгая носом, она смотрела в глаза предателя, пока тот пытался найти подходящий ответ.

— Мы в ссоре, но я её люблю, — бесстыжий взгляд Маркуса прожигал в Лее дыру.

От этих слов сердце лопнуло. Девушка знала это до, но разве стало бы легче? Больнее всего от лжи, от того, что она запасной вариант.

— Ты чертов мудак, Маркус! И даже не столько по отношению ко мне, сколько к ней.

— Лея, я правда любил тебя, но… То время прошло уже.

Она чувствовала, что это воссоединение было не таким, как раньше, с самого начала. Тревога, страх и отрицание впервые шли с ней рука об руку во время их отношений. Это расставание было неизбежно.

— Я знала, что наше прошлое расставание должно было быть последним, — она стрела слезы рукавом, — но мне, видимо, нужно было тебя долюбить.

— Мне жаль, — Маркус хотел притянуть ее к себе за локоть, но Лея не далась и сделала шаг назад.

— А мне нет, — девушка сделала глубокий вдох. — Если ты её любишь, то беги и мирись, если, конечно, совесть позволит тебе, — после развернулась, уходя.

— Лея!

— Прощай, Маркус.

Он продолжал стоять, смотря ей в след. В голове творился кавардак, в сердце ткнул укол совести. Из кармана Маркус достал телефон.

Маркус Минтон: «Прости меня, давай поговорим еще раз?»

Получив положительный ответ, он направился на остановку, поскольку был без машины.

«Лея права… Надо попробовать помириться!»

Сама девушка шагала домой. Слезы высохли, но лицо еще оставалось слегка красными. Губа была до крови искусана, но на душе стало легче. Словно в её жизни закрылась одна дверь, и ждет открытия новая. Но несмотря на всю боль, которую Маркус принес, она желала ему счастья.

Дома никого не было, и поэтому, когда Лея зашла, то сразу включила любимый плейлист на колонке. В голове крутились знакомые строчки, которым тихо подпевала она. Открыв первый ящик прикроватной тумбочки, Лея достала фотографию, которую долго хранила. Кареглазка пробежалась по фото, а дальше разорвала его.

«Если что, есть на ноутбуке», — подумала и лишь махнула рукой на две половинки бумаги.

Лея сразу собрала с собой сумку в бассейн, куда хотела пойти завтра. Ведь после того раза, когда ей довелось побывать в комнате Райана и Грэга, она так и не ходила больше из-за нехватки времени.

Из шкафа девушка достала шорты и футболку, с которыми направилась в ванную комнату.

«Время освежиться и смыть остатки прошлого!»

***

После небольшого перерыва Лея направилась на пару, точнее в кабинет, где будут проходить занятия. Подруги, пока было время, направились на улицу, а Лея самовольно решила, что займет всем места.

В кабинет она зашла первой, стояла тишина, лишь редкий шум из окна, напоминал о том, что перерыв скоро кончится. Сейчас была пара у Адама. Лея уже не раз размышляла о нем.

«Вроде странно считать, что мы друзья, — думала она, — так как просто познакомились, пересеклись в коридоре пару раз и поговорили в машине. Хотя… Если бы тема была иной, то вряд ли можно было бы говорить о чем-то близком. Но он же рассмотрел всю боль и тревогу внутри меня, значит, он мне ближе, чем я думала».

Друг для всех понятие разное, но тогда стоит ли задуматься о том, можешь называть кого-то другом или нет?

«Зачем мне мыслить, как все? Если для меня быть друзьями — это открыть душу, значит, мы с Адамом теперь друзья».

В то время как Лея, качаясь на стуле, пыталась убедить себя в том, что она может иметь друзей, не зная их долгое количество времени, сам Адам зашел в кабинет.

После той сцены, что он увидел в парке, старался не думать о Лее. В большой степени парень думал о том, что не смог помочь. Игра в спасателя кончилась плачевно.

— Лея, моя история тебя не вдохновила? — Адам не хотел, но не смог сдержать отрицательных эмоций.