Я кивнул. Похоже, мне предстоял местный аналог боёв без правил. Хорошо, посмотрим, чем всё закончится.

Хлопок почему-то прозвучал для меня неожиданно. Я пропустил его и не успел правильно среагировать на выпад Ларта. Он, стоит отметить, действовал молниеносно. Тем не менее, опыт есть опыт. Другой, окажись на моём месте, мог бы уже валяться, согнувшись в две погибели, и выть от боли. Я же, хоть и получил чувствительный удар по корпусу, сумел свести урон к минимуму. Правда, пришлось прибегнуть чуть ли не к акробатическому трюку.

Ларт одобрительно кивнул.

– Сразу видно, что тебя чему-то учили. Это радует. Покажи, что ты ещё умеешь.

Я решил немного поиграть в Ван-Дамма и крутанул перед его носом вертушку. Закончилось ожидаемо, меня сбили подсечкой, однако я успел сгруппироваться и, кувыркнувшись назад, снова вскочил на ноги.

– К чему этот балет, Аретём? – удивился наставник.

Совсем как мой сенсей!

На самом деле он назвал другой термин, просто в моей голове он автоматически ассоциировался именно с балетом, пусть и не факт, что местная его разновидность похожа на родное «Лебединое озеро».

– Тебе не понравилось?

– Красиво, но бесполезно. Старайся быть экономным в ударах, – важно объявил Ларт то, что я миллион раз слышал из уст героев гонконгских боевиков.

Он выглядел расслабленным, и пусть все фибры моей души не просто чувствовали – орали об этом, я счёл момент удачным для атаки.

Удар – блок, удар – блок. Ларт прекрасно парировал любые мои выпады, всё сильнее и сильнее попадая в ловушку. Его заворожила, загипнотизировала однообразная техника, которую я использовал в этом бою. Он думал, что прочитал картину боя, не подозревая, что в запасе у меня находится хитрый финт и отнюдь не ушами.

Бац! Удар был что надо! Наставник угодил на мой крючок, слишком механистически отреагировал на внешне простое, лишённое угрозы движение. Ну и просчитался.

К чести старого разведчика, отключился он ненадолго, но этого времени хватило, чтобы скопившиеся поглазеть на нас зрители присудили мне чистую победу.

Было у меня опасеньице, что после этого наши отношения перейдут из вполне дружелюбных во враждебные, однако Ларт оказался выше обид. Наоборот, он даже обрадовался моей победе.

– Кажется, нам повезло с этим бродягой! – громогласно объявил наставник. – Это действительно самая хорошая новость за последнее время.

– Кажется, такое событие стоит обмыть, – заметил кто-то из зевак, но его тут же остудили:

– Кертин этого не одобрит.

Народ печально вздохнул и побрел по своим делам.

Я спросил у Ларта:

– Что, начальник держит вас в ежовых рукавицах?

Тот кивнул.

– Да, у него не забалуешь. Но, если есть стоящий повод промочить горло, можно им воспользоваться так, что Кертин ничего не узнает. А повод и впрямь что надо.

Он лукаво подмигнул.

Мы забрались на нашу платформу. Ларт покопался в груде тряпья, заменявшей ему постель, и извлёк маленькую бутыль.

– Приходилось пробовать фарентийское?

Я отрицательно замотал головой.

– Тогда я завидую тебе, дружище. Сейчас ты впервые попробуешь поистине божественный напиток, ниспосланный с небес для облегчения нашей юдоли.

Ларт открутил пробку, протянул бутыль мне.

– Давай. Только не до дна. Оставь хотя бы каплю.

Фарентийское оказалось чуть терпким, но в целом приятным на вкус вином. Я выпил примерно половину и передал бутылку наставнику.

– Ну как?

– Всё, как ты сказал – божественно, – подтвердил я.

Ларт довольно улыбнулся.

– Это напиток моей родины. Здесь его не купишь ни за какие деньги.

– Твоя родина далеко отсюда?

– Очень далеко. А теперь стала ещё дальше.

– Почему, дружище? Что произошло?

– Пару лет назад власть в королевстве сменилась власть. Прежнего монарха свергли с помощью запретной магии. Выплеск был столь силён, что от него пострадали даже соседние королевства. Вся Фарентия мигом оказалась под куполом, сквозь который невозможно пробиться смертному. Вот так я и оказался без родины, – он грустно усмехнулся.

– У тебя кто-то остался внутри этого купола? – догадался я.

– Вся моя семья, дружище. Они там, я здесь. Наверное, навсегда. Но не будем о грустном. Бутылка ещё не пуста, – сказал Ларт и допил вино до конца.

Бойцы, отпущенные в увольнение, начали возвращаться ближе к вечеру. Что интересно, сильно пьяных среди них не было. Да, большинство прибыло слегка под мухой, но в стельку никто не упился. Почти ночью, когда мы готовились ко сну, появился и Кертин. Он объявил общее построение на площадке перед бронепоездом и устроил перекличку. В итоге не досчитались сразу трёх наёмников.