Было начало ноября, по привычке хотелось надеть шарф и плащ, но климат Кароса позволял ходит в кофте без верхней одежды. Я вдыхала аромат уже трав, подвяленных от небольшого упада температуры и еще не холодных солнечных лучей. Осень заканчивалась, хоть здесь и не было этого видно, но я чувствовала: природа готовиться к зимнему сезону. И пусть в Хэлии это будут лишь дожди, а не снег.

— Вы как всегда чудесно выглядите, Николетт.

Кейлир Варинди подошел ко мне с теплой улыбкой и постаралась ему ответить такой же.

— Благодарю за комплимент!

— Этот сад прекрасен.

— Верно, но я уверена, что весной и летом он еще лучше.

— В этом можете не сомневаться. Раньше, в детстве, меня часто сюда привозили с сестрой. Тогда я не понимал красоты этого места, но то, что сейчас всплывает в памяти — вызывает у меня самые радостные ощущения.

Аристократы… Я бы просто сказала, что это ностальгия. А он вот как вывернул все.

— А с кем вы еще общались во дворце?

— С принцессами, больше с Шейлой, она — подруга моей сестры. Раньше они много общались.

— А сейчас?

— Насколько знаю, они переписываются, изредка видятся. Все-таки мы уже не дети, чтоб беззаботно вместе бегать по садам.

— Это верно.

— Вы готовы к приему, Николетт?

— В каком смысле?

— Моя сестра все уши прожужжала матери о платье, которое хочет видеть. Она любит блестящее все.

— Моя подруга тоже любит все блестящее и золотое. Я нет.

— На выпускной лагеря из-за блесток столько споров было. Но Сара где-то добыла пыльцу для него, это платье и по сей день хранится у нас в доме. Надела один раз, а теперь осыпается в шкафу.

— Блестящая пыльца? — переспросила я.

— Да.

— Звучит очень интересно. Может быть мне стоит пересмотреть свои вкусы… Я бы хотела пообщаться с вашей сестрой.

— О платье? — удивился Кейлир моему внезапному интересу.

— Да. Я же здесь для обмена международным опытом, почему нет. Мне будет очень приятно с ней поболтать.

— Даже не знаю. — Он покачал головой. — Вы такие разные, мне кажется она скучной.

— Вы слишком требовательны к сестре, она — просто молодая девушка. Уверена, она такая же, как и все девушки.

— Возможно. Но вы не такая.

— Но я и не отсюда, — мягко улыбнулась я.

— Хотел бы я увидеть Нуринию.

— Вы не были где-то за пределами Кароса?

— Выезжал в Дельвентию с семьей и к сестре на выпускной в лагерь в Эфонос.

Мы гуляли среди кустарников, ветер слегка трепал мои волосы, но меня нисколько это не смущало. У этой затяжной миссии были свои преимущества — можно носить волосы распущенными часто. Мне нравилось это, не переживать, что пряди развиваются и могут помешать. В этом была какая-то небольшая дикость и легкость.

— Хотите дойти до моей сестры? Ее нужно уведомить

— Да, было бы неплохо.

Как того требовали правила хорошего тона, я написала письмо и попросила дворцовых служащих передать Саре. А через двадцать минут мы уже зашли к ней в покои.

Сара Варинди выглядела слегка смущенной, но со всем радушием улыбалась.

— Здравствуйте! Рада с вами пообщаться. За столом нам тогда не удалось.

— Да, верно. Это большое упущение, — я старалась чтоб моя улыбка была сладкой, а интонация напоминала щебетание птичек, как общались все молоденькие девушки.

— Вы написали, что у вас ко мне есть дело.

— Это громко сказано. Скорее праздный интерес, чисто девчоночий.

— Кейлир, ты нам больше не нужен, — капризно она заявила брату. — У нас девичьи разговоры.

Он нахмурился разочарованно.

— Кейлир, спасибо большое вам за прогулку и приятную беседу. Это было отлично времяпрепровождение. — И как я только это сказала? Тьфу!

— Рад слышать, Николетт, — просиял он. — Тогда не буду мешать вам, дамы.

Он откланялся и вышел. Я обвела взглядом ее покои. Это была одна комната, но просторная, с кроватью и диваном для гостей. Увидела дверь в ванную, и дверь еще куда-то.

— Там ваша гардеробная? — спросила я наивно.

— Нет, вход в общую комнату с родителями. Эти покои объединены гостиными.

— Как чудно! Кейлир сказал, у вас было очень красивое платье на выпускной в лагере благородных девиц. Оно было с блестящей пыльцой!

— Да, верно, — улыбнулась она. — Пыльца бабочек Палинур. Зеленая.

Не любила пыльцу бабочек, особенно после того, как из-за экспериментов с одной случился взрыв, в результате которого есть шрамы. Да, незаметные. Но гадкое ощущение. Я с тех пор бабочек вообще не переношу. Но озвучивать этого не стала.