Наконец она решила не заниматься прикладным психоанализом, а попытаться понять отца своего будущего ребенка. Эйвери дождалась, когда Джуди и Мерил уйдут домой, и зашла в свой кабинет, в котором теперь работал Кристиан. Он сидел, склонившись над бумагами, невыспавшийся и небритый. Как же этот человек умудряется выглядеть потрясающе даже в таком состоянии?

Кристиан поднял голову и посмотрел на нее.

– Все в порядке?

– Не совсем.

Он немедленно встревожился.

– Что-то с ребенком?

– Нет, не с ребенком, – буркнула Эйвери. – Если я устала или мне пришла в голову неприятная мысль, не стоит сразу думать, что я собираюсь потерять ребенка!

– Что ты огрызаешься?

– Хочу и буду! – Она понимала, что сердится не по делу, и винила в этом гормоны. – Ведь это я ношу ребенка. Припомни, что именно я нахожусь в нелепой ситуации. Ты живешь в моем доме, как…

– Как кто? – заинтересованно приподнял брови Кристиан, внутренне напрягшись.

– Как чужой!

– Ну, все не так ужасно. Я ожидал худшего, – улыбнулся он. – Садись!

И почему этот тип ведет себя как хозяин? – мысленно возмутилась Эйвери, но послушно села.

– Так чего же ты хочешь?

Она задумалась, насколько откровенной может быть, но решила, что терять ей уже нечего.

– Не вижу, какой смысл нам жить в одном доме, если ты готовишь мне еду, приносишь чай на подносике, а потом уходишь в свою комнату. Прямо как дворецкий или слуга! Или как квартиросъемщик!

– Так ты хочешь, чтобы я платил за жилье?

– Нет!

– Уже прогресс, – рассмеялся Кристиан. – Теперь я знаю, чего ты не хочешь. А теперь скажи, чего тебе не хватает.

Эйвери аккуратно сложила руки на коленях и уставилась на них, лишь бы не встречаться с Кристианом взглядом. Он радует ее одним своим присутствием в доме. Но такие вещи не говорят мужчине, особенно если он держится подальше от вас и долгие месяцы вообще не помнит о вашем существовании.

– Ты здесь только телом, но не душой, поэтому я имею все недостатки жизни с мужчиной и ни одного преимущества.

– Какого, например?

– Ну не знаю! – пожала молодая женщина плечами. – Долгих вечеров с чашечкой какао…

– Насколько я помню, врач велел тебе ложиться спать пораньше.

– Тогда откровенных разговоров.

– Хочешь послушать мои откровения? – улыбнулся Кристиан.

– Да, конечно, если ты на них способен. Ты же отец моего ребенка, и я не хочу, чтобы мы были чужими друг другу! Тем более, нашей малышке. Мне хотелось бы иметь возможность ответить на ее вопросы, когда она подрастет.

– В мое отсутствие? – Улыбка Кристиана погасла. – Тебе не кажется, что ты берешь на себя слишком много? Может, я смогу ответить на них сам?

– В том-то все и дело! Я же ничего не знаю! Не знаю, насколько серьезно ты относишься к ребенку, как часто хочешь с ним видеться. Ты не можешь жить со мной под одной крышей и притворяться, будто ничего не происходит. На самом деле происходит что-то очень и очень важное, и нам надо это обсудить.

– Тебе не кажется, что не стоит торопиться?

– Хорошее предложение и своевременное, особенно учитывая, как мы оказались в этой ситуации. Тогда мы не думали, что не стоит торопиться. Кроме того, между не «стоит торопиться» и «бездействовать» огромная разница.

Кристиан откинулся на спинку стула и посмотрел на нее своими темно-синими глазами.

– Но мы же и представить не можем, как будем относиться к малышке, когда она родится.

– В общем, да… – Эйвери посмотрела на Кристиана. Плевать, что она выглядит уязвимой! Она имеет полное право, беременным многое простительно. – Но, наверное, так чувствуют себя многие будущие родители.

– Возможно. – Кристиан посмотрел на белые розы в хрустальной вазе на полке. Должно быть, Эйвери поставила их утром. – Но все, что мы сейчас можем делать, – это закладывать основы будущих взаимоотношений.

– Разве можно закладывать какие-то отношения, если ты меня избегаешь?

– Я вовсе не избегаю тебя. Я просто стараюсь не вмешиваться в твою жизнь, не усложнять ее сверх меры, оставляю тебе твое личное пространство…

– Крис, пойми, единственная вещь, которая сможет усложнить мою жизнь, – это известие, что мои роды покажут по национальному телевидению!

– Ах да, совсем забыл, – нарочито серьезно сказал он. – Именно об этом я и собирался поговорить.

Они встретились взглядами и расхохотались. Если бы наши отношения были иными, подумала Эйвери, он бы обнял меня и прижал к себе, а так…