*Аглая — более подробно в книге Ходок -5, похожая на фарфоровую куколку девушка. Впервые Сидор встретил ее в хосписе для смертельно больных. Слаю потребовались лояльные жители в опустевшем граде. Вот Ходок и провёл серию бесплатных исцелений, набирая соответствующий контингент. Лукошко же влюбился в недавнюю пациентку, та отвечала ему взаимностью. До чего-то серьёзного не дошло — жители Багратионовска отравили сопровождавших Слая людей, чтобы отвести опасность от себя и принести жертву истинному владыке города.

Глава 1. Паучья пядь.

Самое главное в пище, чтобы она хорошо усваивалась.

Вывод опытного кулинара;

После неудержимой волны, что принесла за собой окаменение здешних обитателей и изрезала рельеф, наступило относительное затишье. Правда, всеми фибрами души, Скалозуб ощутил, как подрагивало пространство. Удерживавшая кромлех от распада основа разрушилась. Жить и так искусственному образованию осталось считанные минуты.

— Пойдём за ним! Чего мы ждём?! — дёрнул Трой за руку спутницу, но та не отреагировала.

Ариадна замерла недвижимо и лишь пряла воздух расширившимися ноздрями. Казалось, она унюхала что-то. В другой ситуации, Троекуров немедленно бы последовал за товарищем, и плевать на то, что тот сказал не преследовать его. Однако сейчас парень заколебался. Он попросту не определился, кто ему дороже, друг или же необычная и такая притягательная девушка.

Следует сказать, что выброс огненного, приправленного эманациями смерти, шакти не только изничтожил феромоны, но и изрядно прочистил мозги. Слишком увлекшаяся чём-то незримым арахна забыла обновить любовный флёр. Трой будто прозрел и по- новому посмотрел на спутницу. Если бы не недавняя близость, он и вовсе покинул ее, а так мялся на одном месте в нерешительности.

Ариадне же не было никакого дела до метаний глупой пищи. Суть заключалась в том, что паучиха действительно взяла след. Каждый из кромлехов связывали друг с другом незримые каналы. В обычной обстановке их нельзя было обнаружить. Ведь эдакие «струны» переполняло божественное шакти. Оно не только маскировало, но и надёжно запирало, своеобразные проходы. Сейчас же в этих коридорах возникли пустоты, потому арахна и различила зов родственной силы.

Хищница и не заметила, как изменилась. Человеческий облик слез с неё, как яичная скорлупа. Тело покрыли рыжие волоски хитина, колени и локти выгнулись под неправильным углом, череп заострился, а из под тонких губ выдвинулись жвала.

— Ей, Ари! — Трой попытался достучаться до недавней возлюбленной и взял ее под локоток.

В ответ неимоверной силы тычок обрушился на рёбра. Сразу несколько из них треснули. Парень шумно выдохнул и тоже сменил облик. В образе караульного склепа увечья заживали быстрей.

— Не мешай мне! — даже не повернула головы когда-то дружелюбная Ари.

И все же Скалозуб не отступил. Интуиция говорила о том, что эта самка ему подходит, а, возможно, свое слово сказали остатки приворотных гормон в организме. В любом случае, сама мысль о том, чтобы бросить девицу, вызывала почти физические страдания.

Между тем, арахна вообще не обратила внимания на испытываемые презренным самцом муки. Из ее запястий в землю ударили толстенные нити. Поверхность податливо расступилась, и нерадивые любовники провалились под землю.

На глубине, нити на руках паучихи истончились, но зато количество волокон возросло. Подобно сорной траве, они расползлись по трещинам и разломам, прощупывая путь. Вскоре, направление было найдено. Отростки приобрели твердость и, будто бур, крушили скальную породу, прокладывая дорогу.

Как заправский горнодобытчик, Ариадна выдолбила просторную шахту. Трой никогда и не подумал бы, что подруга настолько могущественна. О былых раздумьях пришлось позабыть. Все равно о том, чтобы выбраться из недр самому, не шло и речи. Молча и угрюмо насупившись, Троекуров следовал в фарватере взбесившейся попутчицы.

— «Неужели, я ей нисколько не дорог? Неужели, все это была лишь игра?»- терзали всегда весёлого парня горестные думы. На сердце стало непривычно тяжело и гадко.

Мимоходом, Троекуров отметил, что они не просто копали шахту, а ещё временами преодолевали целые пласты мироздания. В некоторых местах нити наполняло волшебство. Отростки, подобно струнам, перебирали пространство, перемещая небольшой отряд в иные слои. Сокращались ли так многие метры или даже километры? Трой не задумывался, но было очевидно, что их дорога в другой раз заняла бы куда больше времени.

Внезапно арахна остановилась. Впереди показался укрытый серой мглой участок. Очень активные до того нити быстро увяли, а новые также растворились, едва коснулись запретной зоны.

К препятствовавшей дальнейшему продвижению области со всех сторон стянулся сизый туман. Внутри громадного пространственного кармана взвесь свернулась в исполинскую воронку, постепенно образовав нечто непонятное. К своему изумлению, дымка ничто приободрила. Трою она напомнила эманации Серых Пределов, только была в тысячу раз более насыщенной.