— Маркус, а вы не можете прислать нам вместе с кобылами молодого конюха?

— Да, конечно. Завтра я приведу его с собой, — ответил он немного рассеянно.

— Вот и ладушки, — я посмотрел, как закрывается на этот раз калитка, после чего повернулся к Сергею. — Нам подарили Алмаза, потому что от него толку, как от козла молока, а на колбасу отдавать жалко. Отведи его на конюшню, что ли, и приходи в ту гостиную, которую вы отмыли. Послушаем, что нам дед скажет.

— Предлагаю сделать перерыв. Вы устали, Роман Игоревич, а мне необходимо провести анализ полученных данных, чтобы сделать наши тренировки более эффективными.

Голографический испанец исчез, а я сел на скамью, переводя дыхание. Вообще, я хотел позаниматься сначала магией, но тренировочный зал занял Сергей, а в нём не рекомендовалось находиться толпой, во избежание серьезных травм, мало совместимых с жизнью. Так что я отправился фехтовать. Прогнав меня по основным стойкам, выпадам и приёмам тренер решил провести анализ. У меня же появилось время, чтобы подумать.

История с Охотниками началась чудовищно давно. Это даже не века, а скорее тысячелетия. Её можно условно поделить на две части. Итак, первая часть. В этом мире есть «тонкие» места, где периодически происходят прорывы. Из этих, портальных окон, или чем там приходятся прорывы, вываливаются разные твари разной степени опасности и ценности. Победить их можно, но некоторых очень сложно. Эти места прорывов располагаются не абы где, а в определенных местах. Грубо говоря, в Москве возникновение прорывов исключено. А вот здесь в Гиблых землях он может произойти где угодно. Постепенно выделялись и ограничивались площади, в границах которых эти прорывы происходили.

Кроме тварей в местах прорывов часто появлялись замки, люди, или просто куски поверхности, отличные от той, что была здесь раньше. Истребление тварей и обыски этих появившихся земель сначала принимали несистемный характер. Сюда пёрли многие, как во время золотой лихорадки, в надежде найти замок, содержимое которого обеспечит безбедную жизнь. Ну погибали пачками, естественно. От клыков разного зверья.

И продолжалось это до тех пор, пока не появились парни, которые основали Орден Охотников. Они были именно теми, кем следовали из названия: охотниками за тварями, редкой нечистью и сокровищами. Командиры Ордена сумели продавить правительства своих стран на получение исключительного права заниматься этим промыслом. В обмен, гарантировали защиту от тварей, вырвавшихся из прорывов и поступление в казну налогов от реализованных ценностей.

Получив это право, Охотники быстро навели порядок и распределились по провинциям подчиненных Ордену территорий. Собственно, на этом можно было заканчивать изучение этих парней, потому что в этом виде Охотники стали уже настолько древней историей, о которой помнят немногие. Можно лишь добавить, что из-за опасных условий жизни и охоты, это были суровые, умелые воины и сильные маги. Всё. Никакими необычными навыками они не владели и никакие легенды про них не ходили. Ну, разве что про невероятные богатства, которые некоторым удалось найти.

А сейчас необходима небольшая предыстория, чтобы понять, что же произошло в дальнейшем. Однажды главы государств собрались на Ассамблею. На ту самую, на которой придумали способ регистрации граждан. Ну, а что, очень удобно, особенно тем, что не нужно дорогостоящие переписи населения устраивать, все и так подсчитаны и учтены. А из этого второй плюс, не надо гадать, что там по налогам. Всё уже подсчитано у учтено. Набор в армию тоже упростился потому, что всё рассчитано и… в общем, понятно.

А вот второй вопрос, который они обсуждали, заключался в создание некоего судебного органа. Судей, способных выносить непредвзятые решения. Особенно в делах, где практически невозможно вынести правильное решение, потому что в любом случае возникнут последствия, иногда фатальные.

Тогда-то теми же магами, которые делали реестр, были созданы жетоны. А также отдельный реестр, куда отобранные жетонами жертвы… простите, судьи, и будут вноситься.

Мы так и не поняли, какие качества эти полудурошные архимаги включили в критерии отбора. Но основное было — беспристрастность. Когда дед в своём рассказе дошёл до этого места — то мы задумались. А ведь верно. Более беспристрастных людей жетонам найти сложно. Хотя бы потому, что мы толком никого здесь не знаем. Есть, конечно, обитатели Вольфсангеля, к которым деды равнодушными уж точно не будут. Но их, похоже, приравняли к нежити, подлежащей уничтожению, так что всё нормально.

Но мне вот было решительно не понятно, за каким хером внедрять функцию умерщвления неугодного кандидата? Ну не подошёл человек, бывает. Зачем его в расход-то пускать?

Ответа на этот вопрос не было ни у кого. А переделать жетоны не смогли. Как и создать новые. Слишком сильные заклятья применяли. В общем, доигрался хер на скрипке, очень музыку любил.

Потеряв прилично так людей, кто-то умный додумался проверить эти жетоны на Охотниках. Ну, во-первых, они в своих провинциях сидят и им нет никакого дела до того, что происходит за пределами их земель, значит, они беспристрастны. Чисто теоретически. А, во-вторых, этих диких Охотников всё равно никому не жалко.