— Очень просто! — весело ответил Котий. — Она кончилась!

Драк зашипел:

— Оставишь вас одних, вы же пропадете.

Котий ухмыльнулся и отправил решетку с бутербродами в духовку.

— Это точно можно будет есть? — усомнился Георгий.

— Еще как, — подтвердил Драк.

— А кукуруза зачем? — спросил Стефан.

— Придает интересные нюансы. Но и так хорошо будет, — улыбнулся Котий, вглядываясь внутрь духовки.

— А почему восемь? — задал самый главный вопрос Стефан.

— Ну как же? — ответил Котий. — Нас здесь пятеро. Значит, бутербродов надо восемь.

— Почему? — хором спросили братья.

— Потому что пять бутербродов на пятерых всегда мало.

— И как мы поймем, кому будет мало? — упорствовал Стефан.

— Тому, кто быстрее съест свой первый бутерброд, тому и мало, — объяснил Котий.

В чем-то это было даже логично. На бутерброды не претендовал один Уфф. Счастливый, ему не надо все время есть.

Духовка приступила к работе, вскоре на кухне вкусно запахло.

— А когда можно будет есть? — поинтересовался Стефан.

— Когда сыр запечется, — Котий опять заглянул в духовку.

Получилось на редкость нажористо, я даже не стал брать второй бутерброд. Добавку радостно слупили Драк и Стефан с Георгием.

Пока булькала гейзерная кофеварка, начали обсуждать планы на день. Котий от кофе отказался и заварил себе целый чайник чая.

— Ну чего, как там? Что там наши твари? — спросил Драк, который внезапно тоже спретендовал на кофе.

— Уфф, как наша пещера? — спросил я камень.

— Все хорошо, тихо. Никаких пленок. Под потолком немножко клубится туман, но даже червей нет.

— Все-таки это было синее золото, — задумчиво произнес Котий.

— Похоже, да. От него и пленки. Я занесу в каталог, — согласился я. — И вчерашних тоже занесу.

Драк заинтересовался. Я рассказал ему про гусениц и ложную Лапушку, на которых я наткнулся вчера в пещере Хансена.

— Если она не Лапушка, ей нужно отдельное имя, — заявил Драк.

Все согласились.

— Надо, чтобы сразу было понятно, как она действует, — развил мысль Драк.

— А как она действует? — захотел знать Котий.

— Она прыгает на голову, налипает и жжется. Еще, возможно, захотела бы душить, но промахнулась мимо носа со ртом. Поэтому обожгла Стефану ухо и вырвала часть волос, — объяснил я.

— Ого! — восхитился Драк. — Три в одном. Прыгает на голову, жжется и душит. Мечта просто. Головник? Душитель?

— Да у нас половина тварей душители. Так не пойдет, — возразил Котий.

— Шлемник? — осторожно предложил Георгий.

— Это вроде растение? С цветочками, — вспомнил Драк.

Парни пожали плечами.

— Земное, между прочим, растение! — возмутился Драк, толсто намекая, что уж про свою-то родину стажеры могли бы знать и побольше. Но на лицах братьев не было и тени раскаяния. По-видимому, природой они совсем не интересовались.

— Но идея шлема в названии мне нравится, — смилостивился Драк. — Значит, говорите, что прыгнула на голову и вцепилась в ухо? Пусть будет шлемофон. И про голову, и про ухо. Фиксируй, Марк.

Я ухмыльнулся и записал новую тварь под названием Шлемофон, с объяснением, как она получила такое название.

— А если она в следующий раз на лицо прыгнет? — забеспокоился Георгий. — Будем переименовывать?

— А нечего зевать, — отрезал Драк.

Не поспоришь. Записали Шлемофоном. Гусениц записали гусеницами, черви есть, пусть теперь гусеницы будут.

Я сообщил, что еду сегодня к Илье. И весь день пробуду у него, если кто хочет, можно со мной. Но все отказались. А на завтра надо будет ставить пещеру Рамзеса, который тоже захотел воспользоваться нашими услугами зачистки.

Котий потянулся за планшетом и начал просматривать письма с новостями.

— Что у нас плохого? — допил кофе Драк.

Котий задумчиво промычал.

— А конкретнее? — не успокоился Драк.

— Есть хорошее. Берт прислал фотографии и передает нам всем привет.

— Покажи! — потребовал Драк.

Котий повернул планшет. На фотографии на фоне золотистой стены стоял Берт. А рядом с ним большой черно-серебристый кот. Кошка.

— Это твоя бабушка? — спросил я.