Я видел все это благодаря хорошо замаскированной камере.

— Мои поздравления, товарищ председатель, — пробормотал я.

Хэн Ту, прихрамывая, направился в следующий кабинет. Там как раз находился командующий Северо-Западным округом, по прозвищу Ядерный шеф.

— У вас есть хотя бы малейшее представление о том, скольких ядерных боеголовок не хватает? — спросил Хэн Ту.

— Все на месте, ничего не пропало, — изобразил удивление Ядерный шеф.

— У меня в руках список. Я не требую от вас ничего иного, кроме честности и прямоты, или будет слишком поздно.

— Товарищ председатель, почему вы так суровы ко мне? Я руковожу самой уязвимой частью нашей армии, если уж на то пошло. Без нас мы можем стать завтраком для Соединенных Штатов и обедом для Японии.

— Тогда, может быть, вы расскажете мне о прибыли, которую получили от загадочного исчезновения более чем пятидесяти боеголовок?

— Это ложь! Этот ваш заместитель!

— Он был моим посланцем.

— Он, как змея, ползал вокруг и все разнюхивал без нашего ведома!

— Без него я бы никогда не узнал правды о вас.

— Товарищ председатель, мне кажется, что вы изменили свои взгляды и выбрали его без нас, — прямо заявил Ядерный шеф.

— Нас? — прервал его Хэн Ту.

Генерал уставился в пол, стараясь избежать взгляда вождя.

— Я имел в виду себя.

— Понятно, — заключил Хэн Ту.

— И что вы собираетесь предпринять?

— Много всякого. Знаете, у вас из ноздри торчат волосы.

Ядерный шеф насупился.

— Давайте, я помогу вам. — Хэн Ту сорвал звездочки с воротничка командующего, а затем плюнул ему в лицо.

Генерал отпрянул:

— Вы плюнули в меня.

— Ты заслужил это, сынок. Твой отец согласился бы со мной.

Прихрамывая, Хэн Ту вышел и направился на следующую встречу. К полудню он поговорил со всеми. Он просто кипел от отвращения, когда вновь собрал их всех вместе в зале Генерального штаба. Но теперь все генералы были похожи на тонущих мокрых крыс. Одни совсем сникли и опустили головы, другие выглядели весьма озабоченно. Но создавалось общее впечатление, что все они проиграли. Генералы ждали, когда глава государства и их главнокомандующий заговорит об их дальнейшей судьбе.

Наконец старик заговорил:

— У меня есть план полной реорганизации всех трех родов войск нашей армии. Автором плана является ваш друг — Шенто, человек, которого я с гордостью представляю вам для того, чтобы он объяснил мельчайшие детали, касающиеся нашего будущего.

Я лишь слегка склонил голову в знак приветствия, а затем целый час давал объяснения по поводу логичности и необходимости грядущих перемен.

Заключительные слова председателя, с которыми он обратился ко всем присутствующим, звучали так:

— Отправляйтесь по домам, изучите эти планы. Через шесть месяцев мы выберем командующего армией из ваших рядов. Этот человек поведет ее в двадцать первый век. Готовность выполнять этот план определит ваше будущее. Я хочу дать вам еще один шанс. Даже лошади заслуживают второй попытки.

Тай Пинь спросил у меня, почему дороги расходятся, а реки распадаются на рукава?

Почему птенцы покидают свое родное гнездо, чтобы построить свое собственное?

Почему Папа Тан только посещает нас?

Он спросил:

— Мама, почему ты спишь одна?

Моя жизнь внутри глубокой тишины Жон Нань Хаи — резиденции главы КНР, была подобна управлению шестью жеребцами одновременно во время скачек. Каждая лошадь требовала моего полного сосредоточения, и все же нельзя было делать необдуманных шагов, потому что это привело бы меня к падению в пыль беговой дорожки под общий хохот. Я должен был справляться со всеми одновременно, если хотел выйти победителем.

Каждый день я поднимался до рассвета и изучал доклады всех тридцати правительственных министерств. С рассветом бумаги о событиях прошлого дня попадали мне на стол.

Из всех материалов больше всего меня утомляли объемистые доклады Министерства финансов. В них были хорошие новости об увеличении почти вдвое валового национального продукта, о пышном расцвете свободной экономической зоны Шаньчэнчжэнь. В отчетах экспертов фигурировали огромные цифры из провинции Фуцзянь, которые указывали на китайский рост числа новых частных фирм. Иностранные же искали возможности внедриться на рынок через тысячи совместных предприятий. Список был длинным, как река Янцзы. Эти новости напоминали свет солнца в холодные зимние дни в Пекине.