Но факт в том, что сдаваться здесь никто не собирается. Мажор, конечно, кого хочешь, доведёт до бешенства, но уж если он взбесит весь мир, то я буду рядом с этим отморозком, чтоб станцевать на пепелище…

– Братва, в стороны! Ложись! – орёт благим матом Егор, между клинков проскакивает молния, жизнь падает ещё на один процент, видимо, остаточное действие.

Мы с парнями, недолго думая, прыгаем в разные стороны. По пути хватаю в охапку стоящую за моей спиной Лизку, остальных локисов цепляют Пума и Тихоня.

Главное, что вбивают в армии, это сперва выполнить приказ и только потом думать о том, что это было? А вот Локи, похоже, в армии не служил, за что и поплатился.

– Ы-ы-ы! Акхр!!! А-а-а!!! – взвыв белугой Мажор падает на колени и, раскинув руки с ножами во весь размах, выгибается дугой в обратную сторону. Зубы скрипят от адской боли.

Изи пытается дёрнуться в его сторону, но оказывается прижата, тяжёлой рукой Тихони, к земле:

– Не дёргайся.

Выпустив из рук ножи, Егор надрывая голосовые связки от боли, пытается разодрать грудь руками. Остатки куртки, просто разлетаются по сторонам, правая грудная мышца вспухает уродливым бугром и разрывается, разбрызгивая кровавые капли по сторонам.

Нечто огромное, серое и лохматое, с мокрой от крови шерстью, и светящимся красным глазами, бросается на Эдема, по пути сбив с ног Локи. Да так, что тот летит кубарем, потеряв свой топор.

Егор обессиленный, с одним процентом жизни, валится на спину. Изи пытается вскочить и броситься к нему, но падает, держась за голову, и, сворачивается в клубочек, подвывая от ужаса.

Пума, с безумными глазами, скуля пытается уползти. Но её перехватывает Тихоня, прижимая к себе.

Семён, скуля, ползёт в сторону Изи, для того чтоб закрыть её своими крыльями. Вот мужик! Обмочился, но не убежал, не забился в угол, а пытается защитить любимую.

Подо мной трясётся, как будто в припадке Лиза, крепко вцепившись в меня руками, глаза полны ужаса. Обнимаю её в ответ, крепко стискивая в объятьях. Как ни странно это помогает.

– Не бойся, малышка. Это всего лишь Демон Страха.

– Всего лишь? – широко распахнутые глаза возлюбленной полны удивления и не побоюсь этого слова восхищения. – А я не верила! Вот дура!

– Братва, да это же Пушистик, – радостно орёт Балагур. – Пушистик, ату, его. Ату!

– Прикрой Сёму и Изи, придурок! – рычу на него.

Но тут сверху слышатся дикие крики и две фигурки бросаются вниз головой со стены, всё для того чтоб прекратить дикий ужас охвативший их разум. Ну ещё бы. Разве Фася и Тася могли оставить своего ненаглядного? Тем более, когда он не где-то на руднике, а тут рядом. Вот и поплатились, за своё любопытство.

Фигура Балагура размазывается в пространстве, кажется, наш неугомонный тоже постиг искусство ускорения, как Мажор и Лаки. Кто бы мог подумать, что для этого надо чтоб две девчонки, от которых он бегал, рухнули вниз головой с семиметровой высоты.

И ведь поймал обоих, прыгнул метра на три вверх и обоих сгрёб в кучу. Забыл, что упав нельзя умереть? Это же песочница. А травмы лечатся. Теперь девки точно от него не отстанут. От такого героя-спасителя!

А Изи и Сёму прикрыл Лаки, оказавшись между ними и демоном, просто пытается обнять из обоих. Степаныч, схватившись за голову, стоит на коленях и качается из стороны в сторону. Поняв, что Лаки справляется, к нему бросается Хан. А Пьеро уже возле Мажора, медик одним словом. Инстинкт у них похоже, что у Изи, что у Петьки.

Так, а где Листик? А вон он, помогает встать покачивающемуся и держащемуся за голову Локи. Кажется, ему тоже прилетело от ментальной атаки Пушистика.

Кстати… Пушистик просто озверев, вцепился в горло Эдему своей огромной пастью и с упоением драл его всеми четырьмя когтистыми конечностями. Жизнь бога стояла, тревожно мигая на одном проценте, и падать больше не собиралась, не смотря на то, что живого места на нём уже не было.

Он вообще только булькал и бестолково махал руками, даже не пытаясь кастануть молнию или ещё что.

– Пушок, фу! – строго рявкает Локи, протягивая к демону руку.

– Р-р-раф, – на мгновение, отвлёкшись от своей игрушки, создание ада, щёлкает зубами возле руки бога, и с упоением продолжает трепать свою жертву.

– Мажор, угомони его! – хрипло просит бог. – Кажется, он меня больше не признаёт.

– А надо? – сплёвывая кровь, Егор опираясь на Пьеро, красуется аж двадцатью процентами здоровья. Хотя рана на груди ещё не затянулась. Похоже, либо Пьеро подлечил или абилку какую использовал? Что-то не успеваю за всем следить.