— Недолго, — чувствую, как мои щеки заливаются краской. — Мы только в самом начале пути, — кручу кружку перед собой. — Пока рано говорить о том, насколько это серьезно.

По поджатым губам понимаю, что Наталью Владимировну не очень удовлетворил мой ответ. Только врать и что-то придумывать мне не хочется, поэтому выдаю полуправду, которая потом легко впишется в легенду о нашем с Марсом расставании.

— Ну что ж! Давай займемся обедом и ужином. — женщина встает из-за стола.

Я подрываюсь со своего места и начинаю открывать все шкафчики подряд в поисках посудомойки. Наконец нахожу ее и выдыхаю с облегчением. Загружаю посуду. Наталья Владимировна смотрит на меня с легкой настороженностью, но не комментирует это. По ее лицу невозможно понять, догадывается ли она о чем-то, или просто думает, что Марс прекрасно за мной ухаживает, поэтому я не знаю, где что находится на кухне.

— Только я сразу хочу предупредить, что повар из меня так себе, — я запускаю посудомойку.

— Не переживай, будешь помогать. Я уже вижу, что на кухне ты не частый гость, — легкий смешок раздается сзади меня. А я чувствую себя немного уязвленной, хотя на правду же не обижаются.

В конечном итоге мы увлекаемся готовкой, открываем бутылочку белого вина, название которого я даже не слышала. Жарим картошку, варим борщ и готовим курицу в духовке. За разговорами и вином время летит незаметно. Наталья Владимировна рассказывает об их жизни после развода с отцом Марса, расспрашивает обо мне. После обеда мы перебираемся на диван в гостиной и смотрим романтическую комедию про пятьдесят первых поцелуев.

Когда время близится к ужину, мы накрываем на стол, стоящий в гостиной перед панорамными окнами, не дожидаясь Марса. От него пока нет никаких вестей, а есть уже хочется. На удивление он приезжает почти во время, лишь немного опоздав к началу. Я сама наливаю ему суп и ставлю перед ним. Он недовольно смотрит на блюдо и берет ложку.

Себе я накладываю жареную картошку, запах от которой просто божественный. Я нанизываю на вилку пару ломтиков. От вкуса даже жмурюсь.

— А мне суп налила, — Марс по-детски поджимает губы, и я чуть ли не смеюсь в ответ.

Наталья Владимировна с теплом смотрит на нас.

— Решили вопрос? — эта тема, видимо, не отпускает ее.

— Да, его нашли в хостеле на окраине Москвы. Повезло, что у него реально не осталось денег, — Марс пробует суп и тянется за ломтиком хлеба. — Теперь он долго нас не побеспокоит.

— С ним все хорошо? — Наталья Владимировна чуть не роняет вилку из рук.

— Конечно, мама! Он даже согласился на лечение, — Марс не смотрит на мать, а она сверлит его взглядом.

— Насколько все плохо? — она хмурится и прикусывает губу.

Марс вздыхает, откладывает ложку и наконец поднимает глаза на маму.

— Вывих руки. Неудачно держал.

Наталья Владимировна охает и зарывает рот рукой. Марс не опускает взгляда. Хотя морщинка между бровей становится глубже.

— Максим! — сталь в тихом голосе Натальи Владимировны слышится отчетливо.

— Его пришлось уговаривать, — Марс пожимает плечами и берет ложку.

Обо мне никто не вспоминает, а мне кажется, что я даже не дышу все это время. Хотя смысл разговора я уловила. Тянусь к стакану с водой и неловким движение сшибаю его. Вода льется на пол и на меня.

— Вот, черт! — я вскакиваю и бегу на кухню за полотенцем.

— Мама, как видишь, жизнь меня уже наказала, — Марс спокойно продолжает есть.

Небольшая лужица расплылась по полу. Я протираю стол. Лужица на полу становится больше. Пока вытираю ее, врезаюсь попой в стул. Тот со скрипом отъезжает назад. Наталья Владимировна смотрит на мое мельтешение и начинает смеяться. Да так заливисто! Марс смотрит на маму и тоже улыбается. Я сдуваю выбившуюся из хвоста прядь и качаю головой.

— Сам ты наказание! — бурчу я в сторону Марса и уношу грязное полотенце на кухню.

Остаток ужина приходит спокойно. Мы все вместе убираем со стола. Я в какой-то момент остаюсь одна. Наталья Владимировна поднимается наверх, Марс следует за ней. Оглядываю комнату. Все чисто. А мне пора ехать к себе.

— Мама собирается домой, — Марс спускается по лестнице с сумкой в руке, Наталья Владимировна идет следом.

— Как так? Вы уверены, что хотите вернуться? — я обхожу Марса, скользя рукой по его спине. Мне очень хочется ощутить его кожу под своей ладонью.

— Да, мне пора, — Наталья Владимировна направляется к двери и начинает обуваться. — Убери все в холодильник. И спасибо за приятный день! Я даже рада, что все так получилось. А то сын так и не рассказал бы мне о своих отношениях, — она укоризненно смотрит на Марса, тот только пожимает плечами.

— От тебя сложно что-либо скрыть. — Он оборачивается ко мне, — Я провожу маму до машины.

Я дохожу с ним до двери. Наталья Владимировна на прощанье неожиданно крепко обнимает меня и шепчет на ухо:

— Береги его, — легко целует в щеку и машет уже стоя у лифта.

Они с Марсом заходят внутрь, двери закрываются с тихим щелчком. Возвращаюсь на кухню и сажусь на стул. В квартире непривычно тихо. Чувствую себя одинокой и будто брошенной. С Марсом в этом большом пространстве намного уютнее.