Речной кот медленно поднялся с земли и, шатаясь, сделал несколько шагов ему навстречу. Ежевика напружинил мышцы, не зная, чего ожидать — то ли новой атаки, то ли вопля о помощи.

— Дурак! — прохрипел Коршун. — Неужели ты думаешь, я мог бы сделать это в одиночку? Подумай, долго ли ты теперь проживешь в своем родном племени! Ведь ты даже не знаешь, откуда ждать удара… — И он жутко захохотал. — Бедный дурак!

— Что ты сказал? — бросился к нему Ежевика. Неужели Коршун хочет сказать, что какой-то Грозовой воин помог ему заманить Огнезвезда в капкан? — Что ты знаешь, Коршун? Скажи, о ком ты говоришь?

Но холодный огонь уже погас в глазах Коршуна. Он отвернулся, сделал несколько неверных шагов и рухнул в папоротники, уронив в воду задние лапы. Поверхность озера возле берега всколыхнулась, и алое облако крови замутило прозрачную гладь.

Ежевика молча стоял над телом брата. Сотни вопросов вертелись у него в голове, но задать их было уже некому — Коршун умер.

И вдруг голос брата жутким эхом прозвучал у него в голове: «Мы еще встретимся, брат. Ничего еще не кончено, и ты это знаешь».

— Ежевика!

Огнезвезд лежал на боку, шерсть его была в крови от глубокого пореза на шее. С усилием подняв голову, предводитель смотрел на Ежевику.

— Огнезвезд… — начал глашатай и замолчал.

Ему нечего было сказать. Огнезвезд своими глазами видел, как глашатай только что боролся с желанием убить его. Теперь он больше никогда не сможет доверять Ежевике. Склонив голову, полосатый воин покорно ждал грозных слов, которые отправят его в позорное изгнание.

— Я горжусь тобой, Ежевика.

Глашатай поднял голову и в недоумении уставился на своего предводителя.

— Ты выдержал страшную битву и вышел из нее победителем. Теперь я вижу, что сделал правильный выбор. Ты — достойный глашатай Грозового племени.

Эта короткая речь исчерпала силы предводителя, и Огнезвезд снова уронил голову на лапы.

Ежевика молча смотрел на него. Кровь брата пропитывала его лапы, жуткий запах разъедал ноздри. «Я победил, — мрачно думал он. — Но мой отец никогда не простит мне этой победы».

Листвичка сорвалась с места и бросилась бежать, не обращая внимания на цепляющиеся за шерсть колючки. Белка догнала ее и помчалась рядом. Сестры не обменялись ни единым словом. Острый запах страха, оставленный Угольком, вел их сквозь чащу к озеру.

Ужас застилал глаза Листвичке. Теперь она понимала, что предчувствие беды не зря выгнало ее из детской. Что могло быть ужаснее, чем потеря предводителя племени и любимого отца?

Недоверие к Ежевике черной волной нависло над ее головой, грозя обрушиться и унести в море отчаяния. Полосатый воин был умен и храбр, но черный дух Звездоцапа успел слишком крепко обосноваться в его сердце.

Ближе к озеру к следам Уголька стали примешиваться запахи других котов, а потом все заглушил тяжелый привкус свежей крови. У Листвички оборвалось сердце. Чутье целительницы подсказало ей, что кот, потерявший столько крови, не мог остаться в живых.

Она перелетела через корни дерева и очутилась на берегу озера. Прямо перед ней на траве неподвижно лежал Огнезвезд. Ежевика стоял над ним, и свежая кровь алела на его длинных когтях.

«Я была права! Ежевика предал свое племя. Он убил моего отца, чтобы стать предводителем».

Она хотела закричать, но Огнезвезд медленно приподнял веки и прошептал:

— Это ты, Листвичка? Все хорошо… Коршун заманил меня в ловушку, но Ежевика убил его.

Он пошевелил лапой, указывая на сломанный лисий капкан. Приглядевшись, Листвичка с облегчением поняла, что хотя шея Огнезвезда была надрезана петлей, но из нее никак не могло натечь столько крови. Она напрасно обвинила Ежевику в убийстве! Как же она сразу не заметила, что когти у того обломаны и покрыты землей — значит, это Ежевика выкопал палку, ослабил ловушку и спас жизнь ее отцу! Но почему же тогда в глазах глашатая нет ни гордости, ни радости победы, почему его морда перекошена от ужаса, как будто он прислушивается к какому-то неслышному другим голосу?

Белка протиснулась мимо Листвички, упала рядом с отцом и принялась испуганно обнюхивать его.

— Спасибо тебе, Ежевика! Ты спас ему жизнь!

Ежевика моргнул, как будто только теперь заметил ее.

— Любой кот на моем месте сделал бы то же самое.

Листвичка приблизилась к отцу: «Откуда взялась вся эта кровь?»

Длинный след вел от берега в заросли сломанных и окровавленных папоротников. Приглядевшись, Листвичка заметила лежащее там черное тело Коршуна. Кровь вытекала из рваной раны на его горле и устремлялась в озеро. Набегающие волны окрашивали прибрежную гальку в алый цвет смерти.