Шрифт:
И глажу подлокотник.
Костя подставляет свою руку.
– Меня погладь. Я тоже из кошачьей шкурки. Весь.
Я провожу кончиками пальцев по тыльной стороне его ладони.
– Ты совсем не пушистый, хоть и Кот.
– Мур-р-р, – произносит он.
А я смотрю на него – и глажу по щеке.
– Давно хотела это сделать, – вырывается у меня.
– Правда?
Его рука накрывает мою ладонь, задерживая на щеке. Он смотрит в мои глаза. У него такие огромные черные зрачки…
– Она не такая уж жесткая, – говорю я.
– Кто?
– Твоя щетина.
– Нравится?
– Да… Такое странное чувство. Как будто гладишь стриженного мягкого ежика. Ты ежик!
И я смеюсь, просто заливаюсь звонким смехом. Это так смешно! О, а рядом происходят еще более смешные вещи.
– Смотри!
Я толкаю Костю в бок.
И мы оба наблюдаем, как какая-то тетенька в бордовом бархатном платье с прической-башней лихо вертит задом под заводной трек, повернувшись спиной к угрожающего вида байкеру.
– Это кто? – спрашиваю я Кота.
– Это регистратор из загса.
– А почему она…
– А ее настойкой угостили во время регистрации. И прихватили с собой. Вернее, она сама запрыгнула на мотоцикл…
– Какой еще настойкой? – интересуюсь я.
– Неважно.
Я внезапно чувствую, что горло снова пересохло. Да что такое? Я же выпила три бокала компота!
– Я все еще хочу пить, – говорю я Косте.
– А есть ты не хочешь?
И он наполняет мою тарелку кусочками шашлыка и ломтиками овощей.
– Неа, – мотаю головой я.
– Да ты вообще, оказывается, без тормозов девчонка!
– Что, компота больше не осталось?
– Компота полно!
И он снова наполняет мой бокал. Потом, поколебавшись пару мгновений, наливает себе тоже.
– Не хочу от тебя отставать.
Выпивает. Наливает. Снова выпивает…
– Ну вот теперь мы на равных.
Мы чокаемся.
– За новую счастливую семью! – говорю я.
– Ну допустим… – задумчиво произносит Кот, глядя на меня странным взглядом.
И мы оба залпом выпиваем компот.
Потом он кормит меня с вилочки. Уговаривает:
– За папу, за маму.
– Нет!
– За твою чудесную жопку!
Мне смешно. Я открываю рот и проглатываю кусочек.
– Умничка.
Он гладит меня попе. Оказывается, я сижу у него на коленях. Как это получилось? А, да какая разница!
Костя такой классный! Такой смешной. И такой заботливый… Настаивает, чтобы я поела. Расхваливает шашлык и овощи гриль. Я беру руками поджаристый шампиньончик. Съедаю. Ищу салфетку.
Но салфетка не нужна. Костя облизывает мои пальцы… И губы… И… боже… как приятно!
Глава 14
Костя
Да откуда они все время берутся? Эти три беременные клуши – Юлька, Соня и Яна. Постоянно вертятся где-то рядом. Помешали мне как следует занырнуть в Никино декольте, притащились и угощают мою развязную училку тортом.
– Юля… Мне перед тобой так неловко, – внезапно произносит Ника.
– Почему?
– Из-за Миши.
– Проехали, – говорит Юлька.
– Правда? Забыли?
– Ну конечно. Мы с ним уже женаты. А ты с Костей…
– Я?
Ника таращится на меня. Мы сидим рядом на диванчике. Моя рука у нее на коленке. А должна быть выше. И глубже. И не рука…
Хочу драть ее, как козу. Жестко, мощно и до утра. Чтобы она стонала до хрипоты и шептала мое имя. И просила еще… И умоляла прекратить, потому что она больше не может кончать…
Но ладно, это мы успеем. Пусть она сначала хоть тортика поест. А то жахнула бокалов пять ядреной настойки без закуски. Сначала ее как будто развезло. А сейчас ничего, бодрячком. Только глаза сумасшедшие. Заводят нереально!
Она позволяет мне себя лапать. И это кайф… Вот только здесь, среди гостей, это не очень удобно.
Девчонки, наконец, свалили. Мы с Никой дружно выдыхаем. Я обнимаю ее. Она снова забирается мне на колени. В нос ударяет сладкий будоражащий аромат.
– Моя ягодка… – срывается с губ.
– Клубника? – с серьезной учительской интонацией спрашивает она.
– Вишенка!
– Вишня кислая!
– Тогда малинка.
– В малинке противные косточки.
– А какая ты ягодка?