Склиссу вторжение на личную территорию пришлось не по вкусу, как и сами вторженцы. Не мудрствуя лукаво, рогатое чудище решило покарать иномирных диверсантов. Ревя, будто локомотив, рванул на всех парах к пришельцам, за что тут же поплатился.

Трёхметровое, невероятно худое существо взмахнуло беспалой рукой, и в Склисса прилетел невесть откуда взявшийся трёхкорпусной плуг, пробивший массивную грудину, защищённую костяной бронёй, будто топор холодец. Ноги монстра подломились в коленных суставах. Склисс, тихо всхлипнув, подобно снопу соломы — опал наземь.

Этот тихий всхлип пинком выбил меня из душевного равновесия. Сжав топорище колуна до хруста костяшек, ощутила, как адреналин ударил в кровь, а кровь — в мозг. Колуну моё состояние понравилось, и он поддал в вены закиси азота. Не ведая, что творю, опрометью сиганула со стога вниз. Приземлившись, как кошка, на все четыре конечности, яростно зашипела и очертя голову ринулась в атаку.

Я долбила, рубила, крошила и кромсала. В груди хохотали костры, или это был безумный дровосек, сейчас уже не разберёшь. Нож сменил колун, и я продолжила шинковать, нарезать, ковырять, а когда руки свела судорога, в ход пошли зубы.

Сколько длилась кровавая вакханалия — не помню: может, десять минут, а может, целый час. Остановилась, когда затих адский хохот в голове. Тел не было видно, только чёрная кровища, лоскуты тёмной кожи и мелко нарезанные куски плоти. Очертания иномирных туристов растворились в органическом месиве.

Я была пьяна, безумие схлынуло, но адреналин бурлил и клокотал. Вскочив с колен, подбежала к Склиссу. Мой монстр умирал. Из больших волооких глаз медленно стекали тягучие прозрачные слёзы. В горле застрял ком величиной с глобус. Схватившись обеими руками за двухсоткилограммовый плуг, надрывая жилы, я медленно вытащила железяку из груди мутанта. Рана была огромной, зияла чернотой, словно провал в Тартар. Сердце фактически разорвано надвое, из пульсирующих артерий толчками била густая алая кровь.

Не раздумывая достала из инвентаря флакон с бурой жидкостью. Тут же, сорвав зубами пробку, вылила половину в приоткрытый рот монстра, а оставшимся зельем окропила сердце и края раны.

Я сделала для мутанта то, чего никогда бы не сделала для человека. Рискнула собой, наплевав на здравый смысл, а всё остальное в руках системы.

Подтянув колун поближе к груди и скорчившись в позе эмбриона рядом с умирающим Склиссом, провалилась в пограничье.

Мне снился гадкий, болезненный сон. Будто лицо натирают на крупной тёрке мутанты, слой за слоем сдирая кожу. Медленно так — с особым садистским цинизмом. Вот же пидорасы!

Я дёргалась всем телом, пытаясь вырваться из цепких лап, и наконец мне это удалось. С трудом открыв глаза, увидела довольную рожу монстра, который с энтузиазмом драл мою многострадальную щёку полуметровой шершавой щёткой.

— И какого рожна ты творишь? — с трудом промямлила я, шлёпнув мутанта по носу.

— Ты благородный Склисс, а не какая-то там дворовая шавка! Держи масть, рогатая! И не надо мне тут глазки закатывать! Не проймёшь! Знаешь, сколько стоило зелье? Не знаешь?! — Я развела руки в стороны и наглядно показала всю мою боль от потери ценного фиала.

Монстр же, положив лепёху на мою жабу, радостно скалился, похрюкивая от переизбытка эмоций.

— Святая ты простота! Чтоб я так жила! Хрен с тобой. Намучу ещё зелья. Выпало раз, выпадет и другой. Не последний день живу. Где эти пидоры черножопые? Ты всех сожрала?

Бурёнка, виновато опустив голову, катнула копытом в мою сторону два овоида.

Значит, с туристов тоже падает лут — что ж, это превосходная новость. Такое подспорье точно лишним не будет! Зомби не резиновые, мутанты набирают мощу и скоро примутся драть остатки человечества. А мне что? Буду геноцидить всех, кого встречу. А с чёрных спрос особый! Я не злопамятная, но память у меня хорошая.

Покосилась на колун. Ну и мудень же ты! Я чуть себя не проебала! До сих пор на зубах скрипит какая-то херня! Нельзя было обойтись без всего этого треша? Поковырявшись во рту, выудила кусочек пришельца. Фу! Я что, их жрала?

Перевела взгляд на Склисса, затем — на канадца, оба тактично промолчали. А я, вскочив на ноги, не сходя с места, принялась выворачивать желудок. Точно жрала! Бля-я-а!

А ведь неплохо ночку провела! Система не пожадничала. По уровню за голову каждого иномирца начислила. Опыта отсыпала прилично — по целой сотне за душу. Две единицы очков распределяемых характеристик отслюнявила. Да ещё и лут выпал. Красота! Только вот есть одно но! Как же без но в моём случае?

Те, двое из ларца, то есть из разлома, оказались действительно туристами, или странниками, как обозвала пришлых система. Твари фактически безобидные, единственная цель которых — познание миров. Ходят-бродят по локациям, собирают информацию и выкладывают в системную инфосеть. Что это такое — я понятия не имела. В моём интерфейсе ничего подобного не наблюдалось, а следовательно, и заморачиваться не стала. Система за убийство тревел-блогеров наказывать не стала. Как выяснилось, наш мир закрыт для посещения на весь текущий год.