Боже мой! Что происходит?

– Не трогайте меня!
– говорю достаточно громко.

На нас уже обращают внимание. Еще совсем не поздно, даже не стемнело, а рядом детская площадка. Там много людей гуляют - погода сегодня хорошая.

– Хорошо!
– Герман убирает руки и поднимает обе ладони вверх.

– Даниэла, вам стоит успокоиться...
– почему со мной вообще разговаривает этот странный тип?

Почему Демьян молчит?

В любом случае разбираться во всем нужно трезвой. Сейчас я чувствую себя загнанной в ловушку.

– Не знаю, что вы хотели, - цежу каждое слово, - Но воплощать ваши желания вы будете вдвоем.

Затем резко впихиваю и браслет, и букет с гирляндой в руки Демиду.

– Не стоило так тратиться.

Сердце бешено колотится в груди. Следом накатывают воспоминания: избитая сестра, собственное чувство страха и беспомощности. Я не хочу этого чувствовать вновь.

Что будет, если они решат увезти меня силой? Двое молодых, сильных мужчин, я перед ними как котенок...

Наверное, эти мысли отражаются у меня на лице, потому что Валеев наконец приходит в себя.

– Дань, ты чего? Испугалась? Меня?
– ситуация вот-вот перерастет в бурные выяснения отношений.

Но меня спасает случай. За тем такси, которое вызвал Демьян, останавливается еще одно. В него садятся две девушки. Идея, конечно, тоже так себе, но еще что делать, ума не приложу.

Я очень быстро перемещаюсь ко второй машине, запрыгиваю на заднее сиденье в тот момент, когда машина уже двигается с места. Девушки с удивлением таращатся на меня.

– Помогите, пожалуйста. Мне очень надо отсюда уехать, - боюсь, что начнется ругань, это же их машина.

Но одна из девушек громко ойкает.

– Ой! Даниэла Генриховна, это вы?
– девушка тоже не совсем трезвая, но я ее не узнаю.

– У вас моя младшая сестра учиться - 3 "ж", Полина Андреева, - эта девочка у меня действительно учится, очень талантливо рисует.

– Девушки, вы все вместе поедете?
– задает вопрос таксист.

– Да!
– отвечает сестра Полины, - А у вас случилось что? На вас лица нет... Давайте с нами в клуб? Там развеетесь.

– С парнем поругалась, - отвечаю, чтобы как-то объяснить, зачем запрыгнула в их машину, - Можно вы меня домой отвезете? Что-то я сегодня уже развеялась.

– Да, конечно, - отвечает девушка.

В это время мой телефон начинает наигрывать "Беливер" "Имэджин Драгонз" - это была любимая композиция отца. Я пытаюсь отключить звонок, но от волнения сразу с этим не справляюсь. Девушка рядом со мной успевает рассмотреть лицо Демьяна на заставке.

– Это ваш молодой человек? Красивый...
– с ноткой легкой зависти вздыхает сестра Полины Андреевой.

А я не знаю, что ей ответить. Несколько часов назад я бы сама себе позавидовала. Теперь же в голове рой мыслей. Не самых приятных.

Она по-своему истолковывает мое молчание.

– Да не волнуйтесь вы так. Помиритесь!

– Девушка, а куда вас везти?
– обращается ко мне таксист.

Мелькает мысль отправиться к себе домой, но я сойду с ума, если останусь одна. Да и домой ко мне Демьян может приехать. Сейчас разговаривать с ним я не могу.

Называю адрес сестры. Она к тому же живет недалеко отсюда.

Дальше дорога проходит под болтовню девушек, которую я не слушаю. Я анализирую, пытаясь понять, показалось ли мне то, что я подумала.

Машина тормозит у подъезда Жасмин. Я вываливаюсь из салона, сую водителю деньги и, не оглядываясь, иду к подъезду. Дверь открываю своими ключами. Сейчас мне абсолютно не до расшаркиваний.

Когда начинаю возиться в замочной скважине ключом, Жас распахивает дверь. Выглядит живописно. В руках у нее газовый баллончик.

Теперь я уже впадаю в ступор от радости незапланированной встречи.

– Жас, если ты настолько против, я могу в другой раз зайти...

– А ты чего тут?!
– заспанно тянет сестра, опуская руку со своим оружием, - Ты же должна со своим Янчиком Камасутру осваивать...

Сестра зовет Демьяна Янчиком. Тому это не слишком нравится, но убедить Жасмин так не делать не вышло ни у меня, ни у Валеева.

Мы с Жасмин очень дружны. До такой степени, когда "брат за брата". Она старше меня на два года, но это никогда нам не мешало. С тех пор, как меня принесли в пеленках из роддома и Жасмин потребовала отдать ей "её Даньку". В чем-то она мне больше мать, чем сама женщина, которая родила нас обеих. Нет, мама не плохая. И она нас любит, но после смерти отца она очень изменилась. А после появления в наших жизнях отчима ее вообще стало не узнать. Папа был опорой нашей семьи. И нас - жену и двух дочерей, любил безумно. Только вот его не стало, когда Жасмин исполнилось десять, а мне восемь. Инфаркт...