– Местная инквизиция?

– Не знаю, что это значит, но лучше с такими не связываться. Впрочем, этот Страж не такой как все.

– Он тоже друг Леса?

– Скажем, когда-то давно за него поручились. К Древу мы его не пустили, но поговорить – поговорили. Он передал тебе это.

Эльфийка протянула мне пузырек с какой-то белой светящейся жидкостью. Густая, немного искрится. Пузырек запечатан пробкой и полит сургучом.

– Это отпечаток его сна. Найдешь проводника, и он сможет вас связать через мир снов. Или, может, сам научишься. Но лучше с проводником, они есть в любом городе.

– А это не опасно для меня?

– Нет. Вы просто встретитесь во сне и поговорите. А в случае чего ты всегда сможешь проснуться. Впрочем, он просил передать, я обещала передать. Связываться с ним или нет – дело твое.

– Так, и что мне дальше делать?

– Ну, из Леса тебе уйти придется в любом случае. А дальше кто знает. Тебя ищет империя и Дети Сумрака. И поверь, ни к тем, ни к другим лучше не попадать в лапы. Даже не знаю, какие из тварей хуже. Но есть один вариант.

– И?

– Каждый год в ночь сближения открываются тропы в Академию Снов. Она защищена от внешнего мира и сохраняет нейтралитет. Пока ты там, до тебя не добраться. Если сможешь туда попасть – выиграешь себе немного времени.

– И как туда попасть?

– Ты ловец. А значит тебе придет приглашение. Разумеется, пройти по тропе несложно. Куда сложнее поступить. И тут я тебе уже ничем не помогу.

– Что-то мне подсказывает, что ловцам, больным Инсомнией, тяжеловато будет попасть в это местечко.

– Ну, на моей памяти такое случалось… кажется никогда. Да, точно. Никогда.

– Класс! – я поднял вверх большие пальцы.

– Ты вообще ее не слышал, да?

– Слышал. Каждое слово.

– И про имперцев?

– Да, какие-то местные агрессивные ублюдки, что хотят разобрать меня по частям.

– Эм, это она тебе сказала?

– Нет, Туман.

Я теперь убедился, что если уверен в каком-то факте, но не знаю откуда, то это Туман. Наверняка он что-то такое говорил мне, а я почему-то не помню.

– Так, а про Тумана она тебе сказала? И про Детей Сумрака?

– Да, какие-то местные изгои, которых все то ли боятся, то ли ненавидят.

– Скорее и то, и то, – усмехнулся мой провожатый, пока вел меня из Леса. – Ну а про Академию ты не думал? Отличный же вариант, хотя бы попытаться.

– Академии – шмакадемии. И что мне теперь, по кустам прятаться, пока не наступит это сближение? А потом, когда меня выпнут под зад оттуда? Обратно к вам? Извини, конечно, но я не привык жить на дереве.

– Мы живем внутри, а не на, – произнес провожатый.

– Неважно.

– Просто ты вряд ли проживешь хоть день в этом мире, трещотка.

– Ну и что теперь? Дружище, по мне не скажешь, но я слишком стар для всего этого дерьма. Не выживу, значит, не судьба. Но и трястись под кустом от страха я желанием не горю.

– Странный ты, – усмехнулся эльф.

– Уж кто бы говорил, – вернул я ему усмешку.

Парень мне нравился. Простой, незамысловатый и вечно веселый. Даже когда узнал, куда я собираюсь – не перестал хохмить. И вроде как он даже за меня переживает, хотя с чего бы?

Никто из местных жителей так и не назвал мне своего имени, даже придуманного. Да и меня все звали трещоткой, кроме той эльфийки.

Главный минус странного омоложения – ко мне вернулись эмоции. Когда ежесекундно приходится бороться с постоянной ноющей болью и следить за любым своим движением, становишься сдержанным и спокойным.

Но период удивления и офигевания от происходящего прошел, и я наконец взял себя в руки. Честно говоря, я был рад и воодушевлен, просто старался мыслить трезво. Благо это одна из немногих вещей, которая мне удается.

Правда обычно окружающие называют это безумием, но я считаю иначе. Вот и сейчас, когда я решил пойти прогуляться до ближайшего имперского города, меня окрестили двинутым на весь чердак.

Но, по сути, Туман может меня достать в любой момент, пока я не отпилю себе клешню или не узнаю, как снять браслет. От имперцев вечно прятаться не получится, но тут уже были варианты.

Карт у местных травоядных не водится, но мне объяснили, что с их Лесом граничат сразу несколько стран. Редгардская Империя – это те самые ребята в алых плащах. Лир и Алавария.