– Туше! – палочка Малфоя у горла Уизли. Гриффиндорцы скрипят зубами, проклинают слизеринца за наглость, а потомки Салазара лишь улыбаются, сдержанно поздравляя блондина.

– Вижу, дети Годрика и Салазара неплохи в сражении. Битва с Темным Лордом вас закалила, сбила спесь. Вы – будущее магического мира. И сражаться друг против друга не вижу смысла.

– И что вы предлагаете? – спрашивает Лонгботтом, оглашая интерес всех студентов, как гриффиндорцев, так и слизеринцев.

– Дуэль против меня, - сказав это, навел панику и замешательство. Бравые гриффиндорцы и хитрые слизеринцы сделали два шага назад от центра, выказав свою позицию «против», - что? никто не рискнет скрестить со мной палочки? – и смотрю на Поттера, который, лениво облокотившись о стену, стоял и смотрел на всех, ожидая, когда же все это закончится. – Может, вы, мистер Поттер? – и реакцией стала улыбка, от которой перед глазами снова встал образ того самого демона, забравшего душу профессора Слизнорта. Взгляд же, этот пронзающий и зеленый, казалось, еще мгновение и станет хищным, с вертикальным зрачком.

– Почему бы и нет, мисье Каро.

Палочка в руке, стойка и легкий поклон, как и гласит кодекс. А дальше танец, долгий, изнуряющий, затягивающий. Скорости, на которых мы с Поттером перемещались по залу, улавливали не многие, единицы, в число которых входили Малфой, Нотт, Паркинсон, Забини, Лонгботтом, Бут, и еще пара рейвенкловцев, имена рода которых я не запомнил. Остальные же наблюдали за боем, открыв рот. А было на что посмотреть. Уровень владения боевой магией у Поттера на ступени почти Мастера.

– Интересно, мистер Поттер, а что будет, если дать вам в руки меч? – спрашивал я, переводя дух, восстанавливая дыхание.

На этот вопрос Поттер не ответил, лишь оскалился, хмыкнув. А следом атаковал, уходя в скорость, сокращая между нами расстояние за считанные секунды. Не знаю почему, но палочка из рук пропала, на смену ей материализовался серебряный клинок. Поттер едва успел уйти с траектории лезвия, отклоняясь от удара. Мальчик увернулся, но его все же задело по касательной. Кровь, капающая на белый воротник рубашки, распространяла запах гнилых яблок, окончательно стирая те два процента сомнения.

– Ты! – мой злой взгляд встречается с его взглядом. И лишь для меня одного горят ядовито-зеленым радужки, дрожит хищный зрачок, заостряются зубы, становясь клыками. А аура преисподней окутывает с ног до головы.

– К вашим услугам, мисье Паладин…

*Шадди – это бодрящий напиток, сваренный из размолотых зерен кустарника шадди, растущего в Багряных землях. Его употребление официально не одобряется эсператистами, но, тем не менее, многие кардиналы употребляют этот морисский напиток. Также многие дворяне и даже коронованные особы пили шадди. Некоторым это стоило жизни.

Примечание к части

Прода завтра)))

Примечание к части

Леди: Два Паладина и тушка не убитого Демона

Алиссар

Профессор таки произнес заветные слова и отдал свою душу в мои когти, в обмен на полное стирание в памяти всех моментов, связанных с Томом, крестражами, а так же последствий, последовавших из-за его молчания. Теперь его память хранит лишь приятные воспоминания, без моментов общения с Реддлом, для него этого человека никогда не существовало. Отныне его память не несет военных действий, смертей, в которых погибли сотни магов и магглов, а так же вину, которая тяготила душу.

Но не успел я отужинать, проглотив шарик, окутанный серо-зеленым пламенем, как на меня напал Паладин. Каро требовал вернуть душу Слизнорта. Но, у нас с ним контракт, добровольный, я его не заставлял.

– Но воспользовался…

Предъявлял мне Паладин, приставив к груди кончик меча. Я стоял, замерев на месте, не шевелясь, так как помню боль от святого клинка, которым меня приласкала Полумна. Говорил профессору, что вина за душу в моих руках, лежит на окружении Горация. Ведь все видели, в каком он состоянии, знали, как переживает и не спит по ночам, но при этом ничего не сделали.

– А я сделал, - сказал с улыбкой, опуская шарик души в рот, как конфетку, скрываясь в тени. Паладин на последних секундах атаковал, нанося удар в грудь, лишь по касательной задевая, опаляя жаром серебра. Но это ерунда. Пусть и жжет, но неудобства не приносит. Через пару минут царапина затянется и следа не останется. А вот эффект от поглощения души профессора, окутанной и пропитанной Жадностью…

Со мной происходило что-то странное и необъяснимое. Такого после поглощения осколка Тома и призраков не было. Казалось, моя пустота, дарованная огнем Преисподней, теперь с кем-то делила место. Внутри, словно стягивался тугой комок, формируясь во что-то непонятное. Это что-то сродни желанию обладать чем-то или кем-то. Держать это в руках и говорить, нависая: «- Моя пр-р-р-релес-с-сть!» Спросил бы Сириуса, что со мной происходит, но он вне зоны досягаемости. Поэтому, приходится разбираться самостоятельно, то есть ждать, когда эта загадочная энергетика освоится и даст о себе знать в полной мере, а не отголосками странного, мне неведомого желания.

А пока душа профессора и окутывающий ее грех перевариваются в желудке, явно перестраивая мой демонический организм, у нас уроки. Первые две пары Трасфигурация у директора, а вторые у профессора Каро. Паладин не стал заморачиваться с темой уроков, а решил провести магические спарринги. Первой парой дуэлянтов стали Малфой и Уизли. Драко, при всем своем превосходстве, раскатал Уизли, как истинный аристократ и джентльмен. Изматывая и выводя противника из сил долгим, изнуряющим боем, играя сначала по его способностям, на его уровне, а следом поднимаясь на ступени выше, давая понять противнику разницу в уровнях. Итог: