Он снова тяжело вздохнул и встал из-за стола.

– Войдите!
– громко пригласил мать.

– Светлого утра, Филипп, - мама окинула меня слишком внимательным и заинтересованным взглядом.

Я прочитал в её глазах испуг, волнение, сопереживание и ещё что-то, но не стал над этим задумываться.

– Светлого утра, мама!
– ласково поздоровался с ней и протянул к ней руки.

Она выставила свою ладонь и я к ней прикоснулся губами. Мама свободной рукой погладила меня по голове. Но не как маленького мальчика, чтобы успокоить и пожалеть. Она словно вселяла в меня надежду и веру.

Я взглянул на неё.

– Сынок, я хочу узнать что с тобой происходит? Ты больше месяца избегаешь меня. Я могу тебе чем-то помочь?
– в её словах было столько любви ко мне, сочувствия и сострадания, что мне стало стыдно за своё поведение.

Я обнял её, прижал её голову к груди и постарался успокоить.

– Не переживай, мама! У меня всё нормально.

Попытался изобразить подобие улыбки, но она вышла кривая.

– Сынок, ты случайно не заболел? Ты... похудел, ... осунулся, ... бледный ... остались только одни глаза на лице и то без жизненного блеска, - она взволнованно произносила каждое слово и заглядывала в лицо, пытаясь считать мои эмоции.
– Давай я пойду к лекарю вместе с тобой, Филипп. Я очень беспокоюсь о тебе. Я люблю тебя и боюсь потерять тебя, мой мальчик.

– Спасибо, мама, но я здоров. Лекарь мне ничем не поможет.

– Почему, Филипп?
– она растерянно - недоумённо спросила меня.
– Если наш лекарь не сможет помочь, давай полетим на другую планету! Я не хочу, чтобы с тобой случилась беда, сынок!

– Потому что ни у одного лекаря нет снадобья от моего заболевания, мама!
– я напряжённо выдохнул, стараясь скрыть раздражение.

Мне не хотелось обсуждать с ней мою проблему, потому что от любви не было лекарства или заговора.

– Я от тебя не отстану, Филипп, - строго признесла родительница.
– Пошли немедленно к лекарю. Я сама хочу услышать его вердикт, чтобы потом не тратить драгоценное время на поиски лучшей клиники.

– Какой клиники, мама?! На планетах нет таких заведений! Ты о чём говоришь?

Она тяжело вздохнула и прильнула ко мне.

– Сынок, что происходит? Я сойду с ума от переживаний! Давай обратимся к брату твоего отца, он не откажет тебе! Он обязательно поможет!
– мама взволнованно настаивала на своём.

Её голос дрожал, а глаза были наполнены слезами. Она была очень взволнованна и не скрывала своего беспокойства. Я взял её ладони в свои руки.

– Мамочка, моя любимая! К сожалению, от любви нет снадобья и дядя Габриэль мне тоже не сможет помочь, - устало ответил ей и сжал челюсти до скрипа.

Мне было горько и больно осознавать, что никто ничем мне не сможет помочь, кроме самой Золины. Моей маленькой хрупкой девочки!

Только одна её улыбка возродила бы меня к жизни!

– Самое ужасное, мама, что я не знаю где она!

– Ты говоришь о той девушке, которую хотел представить на том несостоявшемся балу?
– догадавшись, прошептала мама.

– Да, это из-за неё я не нахожу себе места.

– Найди её, Филипп! Во что бы то ни стало разыщи! Умоляю!

– Я бы рад это сделать, мама! Сколько я не пытаюсь, но её нигде нет! Её сёстры тоже ничего не знают...

– Разыщи её других родственников, кто-то же должен знать где она и что с ней?
– взволнованно настаивала мама.
– Нельзя отчаиваться, Филипп! Девушка не иголка, чтобы просто так потеряться!

– Я уже искал ..., - с грустью и отчаянием ответил родительнице.

– И что? Что-то же удалось найти? Хоть напасть на какой-то её след...

– Нет. Я забивал информацию о её родителях, но она пуста. Ни о каких дальних или близких родственниках в ней не было сказано ни слова. Они жили словно раки отшельники. Никто никогда в их доме не видел гостей.

– Страаанно, - протянула мать.
– Очень странно, Филипп. Вероятно, у них была какая-то тайна и они не хотели, чтобы о ней кто-то узнал, - предположила королева Розалия.

– Я тоже уже об этом подумал. Единственно что известно - мать Золины любила бывать на балах..., а Эдмонт Каламар сопровождал её.

– Эдмонт Каламар?
– задумчиво произнесла родительница.
– Я помню эту странную парочку, - с нескрываемым сарказмом произнесла мама.

– Почему странную?
– заинтересованно спросил её.

– Эдмонт был похож больше на короля, чем на простого лорда. Его осанка, поведение, манера разговора, всё говорило о высшем титуле. Он безумно любил свою Аманис и закрывал глаза на её бесконечные флирты. Представляешь, она даже пыталась подкатить к твоему отцу..., - с горечью усмехнулась мама.