— Это его дом, — отвечал я, — но примите мой совет: придержите свое красноречие, если собираетесь говорить с генералом. Он не тот человек, который станет терпеть всякие вольности.

— Ваша правда. Он всегда был твердым орешком. Да уж не он ли идет там по аллее?

Я взглянул сквозь решетку и, действительно, увидел генерала — тот либо заметил нас, либо услыхал наши голоса и теперь спешил к воротам. Время от времени он останавливался и всматривался в нас из тени деревьев, словно колебался, подходить или нет.

— В разведку вышел! — пробормотал капрал с хриплым смешком.

Боится — и я знаю, чего он боится. Он-то уж сам в ловушку не полезет, шалишь! Тертый калач, могу поклясться — да и есть с чего! Тут он вдруг привстал на цыпочки, помахал рукой между прутьями и закричал во весь голос:

— Подходите, мой отважный командир! Подходите! Горизонт чист, врага не видно.

Это фамильярное обращение видимо ободрило генерала, потому что он быстро подошел к нам, хоть я и видел по цвету его лица, что он вот-вот вскипит.

— Как вы здесь, мистер Вест? — произнес он, заметив меня. — Что вам нужно и зачем вы притащили с собой этого типа?

— Я не притащил его с собой, сэр, — возразил я с негодованием. — Я встретил его здесь на дороге, он спросил, где найти вас, и я показал. Мне ничего о нем неизвестно.

— Ну так чего вам от меня нужно? — резко спросил генерал, поворачиваясь к пришельцу.

— С вашего позволения, сэр, — поднося руку к кротовой шапке, отозвался просительным тоном бывший капрал с униженным видом, странно противоречащим его прежнему вызывающему поведению. — Я старый служака-пушкарь ее величества, сэр, мне случалось слышать о вас в Индии так я подумал, может вы меня возьмете грумом или садовником, или там еще кем, кто вам нужен?

— Мне очень жаль, но я ничего не могу для вас сделать, дружище, ответил старый солдат непреклонно.

— Но вы дадите мне чуточку подработать, просто, чтоб поддержать меня, сэр? — продолжал раболепный попрошайка. — Вы же не захотите, чтобы старый товарищ пропал из-за нескольких недостающих монет? Я был с бригадой Сэйла на перевалах, и я участвовал во втором взятии Кабула.

Генерал Хизерстоун внимательно взглянул на просителя, но ничего не ответил.

— Я был вместе с вами в Газни, когда стены разрушило землетрясение, и мы оказались в ружейном выстреле от сорока тысяч афганцев. Расспросите меня, и вы увидите, что я не вру. Мы вместе пережили все это в молодости, а теперь, когда мы постарели, вы живете в прекрасном доме, а я помираю с голоду у обочины дороги. По мне, это нечестно.

— Вы дерзкий негодяй, — сказал генерал. — Будь вы хорошим солдатом, вам никогда не понадобилось бы попрошайничать. Я вам и фартинга не дам.

— Еще одно слово, сэр, — воскликнул бродягя, видя, что собеседник его собрался уходить. — Я был на перевале Терада.

Хизерстоун обернулся так резко, как будто услышал не слова, а пистолетный выстрел.

— Что…. что такое? — переспросил он, запинаясь.

— Я был на перевале Терада, сэр, и я знал человека, которого звали Гулаб Шах.

Эту последнюю фразу он прошипел полушепотом, и лицо его исказила злобная усмешка. Слова его произвели на генерала потрясающее действие. Он отшатнулся от ворот, и его смуглое лицо сделалось пятнистосерым. С минуту он не находил в себе сил говорить. Наконец выдавил:

— Гулаб Шах! Кто вы такой, что знаете Гулаб Шаха?

— Посмотрите получше. — посоветовал бродяга. — Взгляд у вас что-то не такой острый, как сорок лет назад.

Генерал устремил на потрепанного гостя долгий и пристальный взгляд, и вдруг я увидел, как вспыхнуло в его глазах воспоминание.

— Бог мой! — воскликнул он. — Да ведь это капрал Руфус Смит!

— Дошло, наконец-то, — хихикнул тот. — А я все думал: сколько же это времени вам понадобится. И начнем с того, что откроем ворота, ладно? Невесело это — болтать сквозь решетку. Слишком похоже на тюремное свидание.

Генерал с остатками волнения в лице нервно дрожащими пальцами отодвинул засов. По-моему, узнав в пришельце капрала Руфкса Смита, он вздохнул облегченно, и все же его поведение ясно показывало, что он отнюдь не усмотрел в этом визите подарок небес.

— Ну капрал, — произнес он, распахивая ворота, — я часто гадал, живы ли вы, или умерли, но никогда не рассчитывал с вами еше раз повстречаться. Как вы провели все эти годы?

— Как провел? — ворчливо отозвался капрал. — В основном пьяным провел. Как получу деньги, так и промотаю на выпивку, и покуда их хватало был мне покой. Как разорился дочиста — пошел бродяжничать, частью в расчете подобрать где на выпивку, частью чтобы вас поискать.

— Извините, что мы говорим о своих делах, Вэст, — обернулся ко мне генерал, потому что я стал было прощаться. — Вы уже знаете кое-что, а через несколько дней можете и вовсе увязнуть вместе с нами с головой.