Потому я принял решение изгнать демона обратно в тёмное измерение Аммут. Однако, обычное заклинание, при помощи которого я ранее изгонял злых духов, в случае с таким могущественным существом не подойдёт. К счастью, было куда более затратная, но соответственно настолько же сильная магия.

Найдя заклинание, я стал его зачитывать. Демон вновь зарычал, на этот раз боль была не настолько невыносима, но подозреваю, тоже далека от приятной. Я ощутил всплеск его колдовства и расширил глаза, кода до меня дошло, что именно пыталась сделать эта многорукое существо.

Уже расширявшаяся под его ногами воронка портала, вдруг остановилась и больше не желала увеличивать свой диаметр. Демон оказался настолько могущественен, что был способен силой сопротивляться изгнанию.

— Что теперь, колдун? — победно посмотрел на меня Кхард. Мы оба продолжали наше противостояние, и я со страхом понимал, что проигрывал его. — У меня ещё много сил и я не отступлю, разве что заберу тебя с собой на свой план. Я уже почти вижу, как ты молишь меня о пощаде, словно жалкий червь.

Если он хотел сломить меня этим, то эффект получился обратным. С осознанием той жути, что предстояло испытать мне в том случае, если я проиграю эту напряжённую дуэль, моё желание поскорее избавить этот мир от призванной мной же сущности только усиливалось. Страх, гнев, унижение, наслаждение страданиями демона и ужас перед неблагоприятным исходом — все эти эмоции, которые скопились во мне за последние несколько минут, я вложил в изгоняющий портал, заставив злую сущность провалиться обратно в ад.

Глава 7

Первая кровь

Всё ещё тяжело дыша от овладевавших мною чувств и утомления, вызванных столкновением с демоном-пауком, я обессилено упал на стул, облокотившись на его спинку. Тело сотрясалось от пережитого ужаса. Не успев толком разобраться в обретённых способностях, я стал заигрывать с силами, с которыми мне было слишком рано тягаться. Меня опьянила жажда могущества, из-за чего я, похоже, стал забывать о том, что смертен. Что этот мир намного больше, чем кажется на первый взгляд и между мной и теми, кому я бросаю вызов, существует непреодолимая пропасть. Я стал зарываться, и реальность жёстко щёлкнула меня по носу. И этот щёлчок едва не оторвал мою голову.

Меня вдруг пробило на смех. Кажется, это называют истерикой, но в этот момент я думал лишь о том, что своими экспериментами поставил себя на грань, едва избежав смерти. Причём ужасной и мучительной, а по-другому не могло быть, когда речь идёт о злых потусторонних сущностях.

Смеялся же я, потому что был парадоксально рад тому, что случилось. Рад, что это произошло со мной сейчас, пока я ещё не успел окончательно возомнить себя неуязвимым. Этот опыт был неоценим, в очередной раз показав, как глупо играться с неподвластными твоей воле силами.

Но с другой стороны, есть такие люди, для которых «нет» звучит как вызов. Я был одним из этих людей, и моя гордость требовала сопротивляться. Гордость — самое страшное зло и когда во мне её задевают, я уже не могу уступить. Могу притвориться, но только чтобы выиграть время и взять реванш. Потому я был несказанно рано тому, что смог пережить встречу с Кхардом. Эти демоны-пауки были чем-то вроде низшей аристократией в мире Амуун, и стычка с одной из этих тварей наглядно показала мне мой нынешний уровень. Не укрепи я пентаграмму призыва антидемоническими сигилами, был бы просто размазан ей.

От мысленного разбора схватки с демоном меня отвлёк настойчивый стук в железную дверь гаража. Я вздрогнул, не понимая, кто это мог быть. Этот неизвестный явно пришёл сюда, зная о том, что я находился внутри, иначе бы не продолжал так упорно долбиться внутрь.

Взяв в руки кинжал обратным хватом, я завёл его за спину и осторожно подошёл к входу, после чего открыл дверь и удивлённо уставился на полицейского, который уже в очередной раз заносил свою руку.

— Добрый день. — уверенным тоном начал мужчина. Пока он говорил, я обратил внимание на стоявший позади него уазик, в котором сидел его напарник. — Марков Алексей Викторович, полагаю?

— Верно, это я, — хмуро смотря прямо ему в глаза, сказал я в ответ, — чем обязан визиту?

— Поступили жалобы на странные крики, недавно раздававшиеся из вашего гаража, — спокойно выдержав мой взгляд, продолжил полицейский, — вам ничего об этом не известно?

Про себя костеря Варвару Николаевну, свою пожилую соседку снизу, которую только что заметил за стоявшим уазиком, я ответил:

— Крики? Я ничего не слышал.

— Могу я войти? — настойчиво спросил дежурный.

Учитывая гигантскую нарисованную пентаграмму на полу, лежавших рядом с ней зарезанных крыс и кучу других тел в морозильнике, я не думал, что впускать его внутрь было бы хорошей идеей.