– Обработайте рану, – снова распорядился Аркадий, – и подключите её к искусственной почке. Есть свободная койка?

– Есть одна, – сказала медсестра Маша. – А документы у неё какие-нибудь есть? Как нам её оформить?

– Не было при ней ничего, – ответил Аркадий. – Вот в таком виде я её и нашёл.

– Наверно, полицию надо вызвать? До утра мы её продержим, но дальше без документов могут возникнуть проблемы.

– Могут, – согласился Аркадий. – Но не на улицу же нам её выносить. Как-нибудь разберёмся. А в полицию я сейчас сам позвоню.

– А Галина Викторовна что говорит?

– Да ничего. Что она может сказать? Она в таком же замешательстве, как и мы.

– Хорошо, – сказала Маша. – Я сделаю всё, как вы говорите.

Аркадий вышел из кабинета МРТ и отправился в ординаторскую, где уже сидел Тильман, возбуждённый из-за своей первой самостоятельно проведённой операции. Он жадно курил и пил из огромного бокала густой чёрный кофе.

– Как прошло? – поинтересовался Аркадий.

– Боюсь сглазить, – потушив сигарету, сказал Тильман. – Лучше помолчу пока. Завтра всё будет понятно.

Аркадий устало усмехнулся.

– Откуда в тебе столько суеверия, Паша? – сказал он. – Это же простейшая из всех операций.

– Это для вас простейшая. А для меня – первая без чьего-либо присмотра. Разве вы по молодости были так же уверены в себе, как и сейчас?

– Наверное, не был. Не вспомнить уже те времена. Будто сто лет прошло.

– А что там за кипиш в приёмном?

– Девушка с травмой головы и с отказавшими почками.

– Оперировать будем? Вы просили, чтобы я не расслаблялся.

– Да нет. Отбой пока. До выяснения всех деталей.

– Фух, – выдохнул Тильман. – Слава богу. А то трясёт всего до сих пор. Две операции подряд для меня пока ещё слишком.

– Теперь можешь расслабиться, – успокоил его Аркадий. – Извини, мне звонок нужно один сделать.

– Угу.

Аркадий вышел из кабинета и позвонил в полицию, объяснив кратко суть происшествия. На другом конце ему пообещали, что к утру приедет в госпиталь следователь и криминалист. Непонятно, какой толк в криминалисте под утро, когда на трассе не останется и следа от того инцидента. Но других вариантов Аркадию не предложили.

Девушку, так и не пришедшую в сознание, подключили к искусственной почке, обработали рану на голове, взяли дополнительные анализы. Состояние её более-менее стабилизировалось. По крайней мере, до приезда следователя наверняка доживёт.

Аркадий сел на лавку в пустом коридоре, гудящем от мерцающих люминесцентных ламп. Ему не хотелось ни с кем говорить. Усталость после того, как кончился в организме запас адреналина, навалилась на него с ещё большей силой. Глаза слипались, мысли начинали путаться в голове. Так он и уснул, опёршись спиной о холодную стену и то и дело вздрагивая от обрывков сонных видений, в которых всякий раз перед ним появлялся громадный лось и смотрел на него красными немигающими глазами.

***

Разбудил его шум в коридоре. Аркадий посмотрел на часы – четыре утра. Вскоре он увидел приближающихся к нему Галину Викторовну и двух мужчин.

– Аркадий Алексеевич, – сказала главврач, – это к вам по поводу девушки.

– Здравствуйте, – поприветствовал его один из мужчин, лет пятидесяти, с усами и приплюснутым носом, какие бывают часто у бывших боксёров. – Андрей Борисович, – представился он, – следователь. Позвольте задать вам несколько вопросов, а потом протокол оформим.

– Да, конечно, – Аркадий встал и пожал ему руку. – Здравствуйте.

Второй мужчина, совсем молодой, просто кивнул и ничего не сказал. Судя по всему, это был криминалист. В руке он держал чемоданчик, похожий на медицинский.

Разговор получился недолгим. Аркадий обрисовал следователю все детали случившегося, даже лося упомянул. Тот кивал головой и иногда записывал что-то в блокнот.

– Хорошо, – заключил он в конце рассказа. – Вы сможете показать место, где нашли девушку?

– Наверно, смогу, – неуверенно ответил Аркадий. – Темно было и снег валил. Но хотя бы примерно найдём.

– Нужно не примерно, а точно, – заметил криминалист.

– Постараюсь.

Они прошли в палату к девушке.

– В сознание так и не приходила? – спросил Андрей Борисович.

– Нет.

– Серьёзные травмы?

– Диффузное аксональное повреждение головного мозга.

– Володь, понимаешь, о чём речь? – обратился следователь к криминалисту.

– Вполне, – ответил тот, осторожно снимая отпечатки пальцев у девушки. – Я ещё ДНК возьму. Может, найдём по базе.

– Кома, судя по всему, не глубокая, – добавил Аркадий. – Зрачки реагируют на свет. Будем надеяться, что перейдёт в вегетативное состояние.